Забвение

Это еще ничего не доказывает. Он не бессмертный. Просто верит в эту чушь – в свое бессмертие, а на самом деле обычный подросток, который совершил несколько безрассудных поступков, растрепал о них на каждом углу и теперь считает, что неуязвим.

Скотт сделал вид, что его обижает мое недоверие.

– Ты мне не веришь. Прошлой ночью я провел добрых два часа в холодном океане, ныряя за рыбой, и даже не замерз. Я могу задерживать дыхание под водой на восемь-девять минут. Бывает, что я перебарщиваю с этим и теряю сознание, но когда прихожу в себя, вижу, что я снова на поверхности и все системы жизнедеятельности у меня работают как положено.

Я открыла рот, но не сразу смогла сформулировать мысль:

– Но… это бессмыслица какая-то.

– В этом есть смысл, если я бессмертен.

Прежде чем я успела его остановить, он вытащил из кармана швейцарский армейский нож и вонзил его себе в ногу. Я сдавленно крикнула и подскочила к нему, не зная толком, надо ли вытаскивать нож или, наоборот, надо как следует зафиксировать его в ране, чтобы остановить кровь. Пока я решала этот вопрос, Скотт выдернул нож из раны. Он ругнулся от боли, а джинсы набухли кровью.

– Скотт! – завопила я.

– Посмотришь завтра, – сказал он успокаивающе. – И убедишься сама: всё будет выглядеть так, как будто ничего не было.

– Да что ты! – Я была все еще на взводе.

Он что, совсем сбрендил? Какого черта он делает эти глупости?

– Я не первый раз такое делаю. Я пытался сжечь себя как-то раз. Кожа у меня тогда так обгорела, что вся слезла. А через пару дней я уже был как новенький.

Я смотрела и не верила своим глазам: кровь у него на джинсах уже подсохла… рана перестала кровоточить! Она заживала. На глазах. В течение нескольких секунд вместо положенных недель. Если бы я не видела это собственными глазами, я бы никогда и ни за что не поверила в такое.

Я вдруг вспомнила Гейба. Отчетливее, чем мне бы хотелось, в памяти всплыл образ Гейба с торчащим в спине железным прутом. Джев тогда сказал, что это не убьет Гейба… А Скотт сейчас пообещал, что от глубокой раны к завтрашнему дню останется максимум царапина.

– Ладно, хорошо, – шепнула я, хотя назвать мое состояние «хорошим «можно было с большой натяжкой.

– Уверена, что я тебя убедил? Я могу в любой момент броситься под машину, если тебе нужны более веские доказательства.

– Думаю, уверена! – поспешно ответила я, стараясь скрыть свое потрясение.

Я заставила себя выйти из состояния ступора. Нужно просто отдаться течению и плыть по нему, пока есть такая возможность.

«Решай проблемы по мере их поступления, – сказала я себе. – Скотт бессмертен. Ладно. И что дальше?»

– А нам известно, кто такой этот Черная Рука? – спросила я, неожиданно почувствовав острое желание получить всю информацию, которой обладал Скотт.