Забвение

Жаль, но меня совершенно не волнует, что ты и твои дружки ангелы-хранители думаете о моих планах. Мне гораздо интереснее падшие ангелы и то, что думают они. И главное, что они собираются предпринять, чтобы противостоять мне. А ты больше не принадлежишь к ним. Как ты собираешься снова заслужить их доверие?

– Это уж моя забота.

Хэнк смерил Джева недоверчивым взглядом.

– Ладно, – сказал он наконец. – Я заинтригован. – Он с деланым безразличием пожал плечами: – В любом случае я ничего не теряю. Ты, наверно, хочешь, чтобы я поклялся?

– Иначе ничего не будет, – ответил Джев холодно.

Снова вытащив кинжал из-за ремня, Хэнк сделал надрез на левой руке:

– Клянусь оставить девчонку в живых. Если я нарушу клятву, я буду молить о смерти и превращусь в прах, из которого был создан.

Он протянул нож Джеву. Тот в свою очередь чиркнул ножом по руке, сжал руку в кулак и, стряхнув несколько капель на землю, произнес:

– Клянусь передавать тебе всю информацию о планах падших, которую только смогу раздобыть. Если же я нарушу эту клятву, я добровольно закую себя в цепи ада.

Они обменялись рукопожатием, смешав свою кровь. Когда они разомкнули руки, раны у обоих уже затянулись и были не видны.

– Не пропадай, – иронично сказал Хэнк, стряхивая с рубашки невидимые пылинки, как будто она испачкалась от одного только факта пребывания в этом сарае. Потом он поднес телефон к уху и, уловив настороженный взгляд Джева, объяснил: – Хочу узнать, готова ли машина.

А потом заговорил совершенно безучастный голосом:

– Прислать сюда людей. Всех. Я хочу, чтобы девчонку забрали немедленно.

Джев все так же стоял неподвижно и только спросил, когда послышался топот приближающихся нефилимов:

– Я поклялся, что оставлю ей жизнь, – возразил Хэнк. – Но когда я отпущу ее, зависит только от меня. И от тебя. Можешь забрать ее, как только добудешь мне достаточно информации, которая поможет расправиться с падшими до Хешвана. Считай Нору моей страховкой.

Глаза Джева обратились было к двери, но Хэнк качнул головой и любезно заметил:

– Я бы на твоем месте не стал и пытаться. Их раз в двадцать больше. Ни ты, ни я не хотим, чтобы Нора случайно пострадала в потасовке. Прояви же благоразумие. Отдай ее.

Джев схватил Хэнка за рукав и притянул к себе:

– Если ты заберешь ее, твой труп в самое ближайшее время будет удобрять землю, на которой мы стоим, – его голос звучал очень грозно.

Однако на лице Хэнка не было даже намека на страх. Как ни в чем не бывало он расплылся в улыбке:

– Мой труп? Сейчас что – моя очередь смеяться?

Хэнк распахнул дверь сарая, и его нефилимы ворвались внутрь…

Воспоминание Джева оборвалось так же неожиданно, как и началось.

Короткий момент полной дезориентации, я открыла глаза в гранитной студии.