Никогда тебя не забуду (СИ)

— Можно так не смотреть на меня? — заявляю я, отодвигаясь в другой угол дивана.

Стискиваю зубы. Вот смелая идиотка! Нужно сидеть и беспомощно хлопать ресницами, изображая дуру, а не рот открывать. Слова обратно не вернешь. Тушуюсь и не поднимаю глаз.

— Ну и как ты мне все объяснишь? — строго спрашивает отец. Его ощутимое раздражение заполняет комнату, а может, и весь наш дом.

— Нечего объяснять. Я испугалась, поэтому сбежала. — Кратко поясняю отцу, не поднимая на него взгляда.

На подсознательном уровне я знаю, что его обмануть нельзя. Он словно детектор лжи. Всегда мог на этой самой лжи меня подловить.

Воцарилась тишина. Только звук тикающих настенных часов ее нарушает. Странно. Когда я пришла, не обратила на них никакого внимания.

Нервно перебираю дрожащими пальцами подол платья. Секунды молчания забили по вискам болезненным импульсом.

Краем глаза замечаю, как отец дернул головой и сделал резкий вдох, возвращая себе самообладание.

— Ты хоть осознаешь, что натворила? — шипит сквозь плотно стиснутые зубы. — Ты подставила всю нашу семью. Опозорила своим поведением. Как ты могла? Разве мы тебя такой воспитали? — Он плещет ядом не останавливаясь.

— Тебе нужно было просто выйти замуж за человека, которого я выбрал. Это было так сложно? — Родитель сейчас очень зол, но старается сохранять самообладание. Хотя раньше ему это не было нужно. Что изменилось сейчас? Сидит и испытывает меня грозным взглядом, от которого хочется сжаться в маленький комок и исчезнуть куда-нибудь.

— Да пресса меня чуть не растоптала! — уже не сдерживается он и громко кричит. — А у нас скоро снова эти гребаные выборы! Вот так ты любишь свою семью, да? Мерзавка! — Громкий удар кулака о деревянную поверхность стола оглушает.

Горький ком застрял в горле. Рассеяно, сквозь пелену слез, оглядываюсь куда-то в сторону комнаты. Я буквально сгораю от стыда. Создала столько проблем семье из-за своей неожиданно возникшей ревности.

— Да этот твой Ринат при регистрации нашего брака смотрел на свою шлюху! — выпалила я, взволнованно глядя в строгие глаза отца, которые пылали яростью.

— И что? — без эмоций кидает. — Любовница любовницей. Жена женой. Тебя никак не должно это было волновать! Ясно? Видеть тебя не хочу!

Он встает, сжимает кулаки. Желваки гуляют на скулах. Крылья носа раздуты. Он давит морально.

Щеки горят, а глаза щиплет от бессилия и предвзятого отношения отца.

Для него это нормально. Нет никаких моральных принципов.

— Ты, значит, тоже маме изменяешь? — зло проговариваю, смахивая влагу с лица.

— Что? — возмущенно начинает отец. — О чем ты сейчас вообще думаешь? Идиотка!

Какой же он ужасный. Ненавижу.

У него нет ни единого качества, за которое его можно любить и уважать.

Подрываюсь с места и иду к двери, слыша в спину четкое:

— Стоять.