Забудь обо мне

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Уже почти стемнело, но небо до сих пор насыщенного темно-синего цвета и все в ярких звездах. Вид с реки действительно прекрасный.

Я становлюсь позади Алисы, обнимаю ее, притягиваю к себе и укладываю подбородок ей на плечо. Она еще напряжена, но через пару минут все-таки оттаивает и сама жмется ко мне спиной.

— Март? — Алиса немного расслабилась от вина, и мне до чертиков нравится тихий, но все еще игривый тембр ее голоса. — На втором свидании секса тоже не будет.

— Да я и не рассчитывал, — вру довольно убедительно.

— Но целовать меня можешь сколько угодно.

И сама, игриво улыбаясь, поворачивает ко мне лицо.

— У тебя ветер на губах, Динамщица, — провожу пальцем по нижней, которая у нее хоть и не очень пухлая, но красиво очерченная, правильной формы и с парой абсолютно естественных маленьких трещинок, от которых мне реально сносит крышу. — Уверена, что не замерзла? Можно спуститься вниз и…

— Нет, Март. Поцелуи и романтический рассвет. Или узнаешь, как быстро я умею плавать.

Глава одиннадцатая: Март

Я приезжаю в Домодедово на полчаса раньше.

Уставший, сонный и злой.

Думал, что после очередного отказа меня хоть немного отпустит, и я смогу спокойно придумать отговорку, почему нам с Динамщицей можно слегка притормозить и не гнать коней в сторону серьезных отношений, но все получается совсем наоборот.

Я втягиваюсь в нее.

Не хочу, но иначе никак.

И это для меня что-то совершенно новое — проводить столько времени с женщиной (и реально, и в переписках, и в телефонных разговорах), до сих пор так и не увидев ее голой. Внезапно понять, что знаешь как минимум десяток оттенков ее смеха, понимаешь подтексты ее улыбки даже когда просто «слышишь» ее по телефону. Помнить, как она морщит нос.

И, как говорит один мой старый приятель, быть по-прежнему «недопущенным к царскому телу».

Ну а я взрослый мужик.

Для меня просто свидания, даже если они зашибись какие интересные — это уже немного детский сад. Так что, надеюсь, в ближайшее время у нас все-таки что-то сдвинется с мертвой точки.

Маша появляется в зале ожидания в том самом виде, в котором я посадил ее на самолет два месяца назад: такое же недовольное выражение лица, такой же взгляд «вы все мне что-то должны!», те же раздраженно поджатые губы, когда замечает меня среди встречающих.

Иду навстречу, мысленно обещая себе держать рот на замке и не забывать, как бы там ни было, она сначала моя сводная сестра, а уже потом — все остальное.

Мой отец женился на ее матери пять лет назад.