Забудь обо мне

Забираюсь в кровать.

И, наконец, достаю телефон.

Там три пропущенных от мамы и, конечно, гора ее сообщений. Я желаю себе терпения и сил и набираю ее.

Конечно, она сначала много кричит и только потом, когда срывает голос, дает вставить мне пару слов. Приходится каяться, что я — нерадивая дочь."

"Мы болтаем обо всем, но в основном о вещах, которые я не хочу обсуждать глубже, чем поверхностно: погода хорошая, руки-ноги целы, Костя — хороший, лыжи ездили без проблем.

Я не знаю почему, но с тех пор, как расстроилась наша с Миллером свадьба, я стала отдаляться от всего, что было связано с той моей жизнью. И даже от родителей, которых люблю всем сердцем и продолжаю корить себя за то, что не стала великим ученым, чтобы придумать эликсир бессмертия.

Обещаю завтра взять телефон с собой и снять ей пару видео своих спусков.

Обещаю, больше не быть такой невнимательной.

Обещаю быть осторожной.

Желаю спокойной ночи и выключаю связь.

Есть еще пара сообщений от Юлианы — на них отвечу завтра: мы не из тех подруг, которые отсутствие немедленного ответа считают за разрыв дружбы.

И сообщение от Бармаглота.

«Марина знает о нас — я сказал, чтобы не было недвусмысленностей. Хотел обсудить это»

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она так дорога вам, что вы, Марк Игоревич, испугались, что правда может всплыть наружу в неугодном для вас свете?

Я проглатываю желание тут же настроить ему это же в ответ.

Это просто злость на себя за то, что до сих пор немного злюсь на всю эту ситуацию.

Может, все-таки стоит уехать?

Я валяюсь в кровати до поздней ночи. Перебираю кучу спутниковых каналов, но не могу заставить себя сосредоточиться хоть на чем-то. Просто позволяю обрывочной информации и картинкам заполнить мою голову максимально полно, чтобы в ней не осталось места мыслям о том, куда это Его Злое Величество повез свою королевишну.

Я ревную — мне не стыдно это признать. Здесь, в сумерках души, только я — было бы смешно стесняться самой себя.

Эта ситуация душит меня, словно удавка.

И в конце концов, чтобы не сойти с ума, я потихоньку выбираюсь из номера, чтобы спуститься в ночной бар. Возможно, коктейль с каплей алкоголя…

Я останавливаюсь в дверях, потому что за стойкой сидит знакомая мне крепкая мужская фигура.

Мне все-таки стоит уехать.

Пока эти встречи не кончились чем-то плохим и непоправимым.

Но сбегать уже поздно, потому что он, как намагниченный, поворачивает голову в мою сторону. Замечает. Салютует мне бокалом, на дне которого плещется прозрачная жидкость с парой кубиков льда и горстью листьев мяты.

Если уйду — это будет слишком очевидное бегство.