Забудь меня. Я (не) твоя жена (СИ)

— Прости, я не должен был начинать то, что мы не можем закончить сейчас. Но ты так соблазнительна. Я не смог сдержаться.

Как оказалось, мы вовремя оторвались друг от друга. В дверь постучали, и после разрешения Ивана в комнату зашли Алекс и Юрий Калинин.

— Все, Феликса и Солнечную забрали, — сообщил Чернов, садясь в кресло напротив нас. — Ты обещал рассказать все, Иван. Кажется, сейчас пришло самое время для этого.

— Хорошо. Таша, прости еще раз за неприятные минуты. Думаю, и ты должна знать всю правду, — произнес муж, продолжая обнимать меня за талию.

На мгновение он прижался лбом к моей голове, тяжело вздохнул и проговорил:

— Я, наконец-то, вспомнил недостающие фрагменты своей жизни. Четыре года назад Солнечная начала усиленно обхаживать меня. Я не раз объяснял ей, что я женат и не собираюсь изменять любимой женщине. Но Дива ничего не слышала. Она была зациклена на мне. Сначала мне удавалось уйти от цепких рук Дианы… Но потом… Однажды я проснулся абсолютно голый в обнимку с Дивой.

— Ваня… — выдохнула я, слегка отстраняясь от мужа, но он вновь прижал меня к себе.

— Дай догадаюсь. Солнечная заверила тебя, что счастлива от совместно проведенной ночи, — фыркнул Алекс.

— Да. Она была, как объевшаяся сметаны кошка. На ее теле были следы мужских рук, словно оставленные в порыве страсти… Короче, тогда у меня не было сомнений, что я изменил Таше, — с трудом выдавил из себя признание Ваня. — Прости, родная. Я действительно так думал."

"— Поэтому ты оставил меня в Новосибирске? Ты разлюбил меня тогда? — дрожащим голосом спросила я и попыталась встать с его колен, но мне это не позволили.

— Нет! Не смей так думать, — воскликнул муж, сильнее прижимая меня к себе.

— Но ты был так груб и холоден со мной. Что я еще могла подумать?

— Сейчас я понимаю, что был неправ в отношении тебя. Но в тот момент я думал, что защищаю не только отца, но и тебя от Солнечной. Она шантажировала меня. Говорила, что все расскажет тебе, покажет фото нашей ночи. Ты бы не простила мне измену. Я это понимал. И тогда решил изобразить холодного монстра, которому нужен лишь пост генерального.

— Ваня… Как же все глупо, — простонала я.

— Теперь-то я это понимаю, но тогда…

— Было же еще что-то. Ты говорил про отца, — произнес Калинин, направляя рассказ Ивана.

— Был еще один пункт шантажа. Или я уйду от жены, или она выложит в сеть фото матери с любовниками. Сразу с несколькими, — глухо добавил Иван.

— Ничего себе. И тогда акции ЧарКомБанка рухнули бы, — тотчас понял Чернов.

— Дело всей жизни отца. Я не мог позволить, чтобы фото попали в сеть.

— Я все понимаю. Но ты выбрал Бориса Ивановича, а не меня, — горько отметила я.

— Прости, — в который раз сказал муж. — Я тогда хотел найти на Диану компромат, и выкупить снимки матери.