Забудь меня. Я (не) твоя жена (СИ)

Наверняка и от отца моему старому другу влетело.

Только Рома был равнодушен к их нравоучениям. Он вообще изменился после встречи с Кирой. О чем они говорили, я не знаю. Но внезапно из веселого бесшабашного парня Роман превратился в угрюмого неразговорчивого молодого человека.

Ваня так же это заметил. Но мы решили не лезть к Роме с вопросами, в надежде, что он сам отойдет через пару дней.

Прошло три дня, и настроение его изменилось на злость. Он на всех кричал, ворчал, привередничал. Больше всего досталось нам с Ваней. Мы у Романа оказались виноваты практически во всех смертных грехах.

— Почему ты не сказал, что у меня есть сын? — гневно сверлил он глазами старшего брата.

— А ты мне сообщил, что у меня есть дочь? — получил в ответ младший Чаровский.

— Ладно, этот сухарь, — фыркнул Рома. — Но ты-то, Наташа, почему мне ничего не сказала? Мне казалось, что ты мой друг, моя сестра… А ты!..

— Что я, Рома? Ты во всем видишь только себя? А ты попробуй услышать другую сторону. Думаешь, легко Кире пришлось после того, как ты сначала женился на ней, затем переспал, а наутро бросил. Да еще и сообщение прислал, что ошибся. Ты вообще думал в тот момент? Или тебе было наплевать на жену? — в сердцах сказала я, не в силах сдержаться."

"— Таша, — попытался остановить меня Ваня, но это было уже почти невозможно.

— И не говори мне, что ты не мог за эти годы найти Киру, — продолжила я. — Если бы ты захотел, то нашел бы. У Чаровских связей немало. Стоило приложить усилия, и ты бы отыскал Киру, когда она была еще беременна твоим сыном. Но ты вместо этого, что сделал? Ты просто начал пить. И однажды напился до такой степени, что не узнал Киру, когда она пришла сказать, что ты скоро станешь отцом.

— Я не хотел, чтобы о моем браке узнал отец, — выдавил из себя Роман.

— Конечно. Только ты и ты… А каково было Кире?

— Наташа, успокойся. Хватит, — попросил меня Ваня и обнял со спины, прижав к себе. Я даже не заметила, что меня сильно потряхивало.

— Я дурак. Знаю это. Но что мне сейчас делать? — глухо спросил младший Чаровский.

— Завоевывать мать своего сына, искать подход к Егорке. У тебя замечательный сын, Рома, — произнесла я, уже жалея о сказанных сгоряча словах.

Не знаю, возможно, мне удалось достучаться до Ромы, или он сам к этому пришел, но с этого дня Роман изменился. Он явно что-то задумал. Я это видела по его лицу. Но сколько ни пытала его, все было без толку. Молчал или делал вид, что не слышит меня.

С Кирой за это время тоже что-то происходило. Она ничего не хотела слышать о Романе. Возможно, ей просто нужно было время, чтобы самой решить, нужен ли ей отец Егорки. Девушка часто уходила в свои мысли, отвечала невпопад. Мы с Катей поддерживали ее разговорами, пытаясь обойти тему Чаровских.

***

Последняя неделя в санатории стремительно пролетела.