Забудь меня, Эй

Сашка едва удержалась, чтоб не провести по ней кончиками пальцев.

 Он рассматривал спящего мальчика, а затем наклонился к ребенку, собираясь взять его на руки.

— Как вы его повезете?  — голос все еще предавал ее, срываясь в самый неподходящий момент.  — У вас в машине есть кресло?

Тот выпрямился и растерянно посмотрел на Сашу.

— Нет, оно в гараже, я снял его перед поездкой. Может… Может, вы с нами поедете? Я потом вызову вам такси? — он с надеждой смотрел на нее, но Саша покачала головой.

— Я не могу оставить дочь одну.

— Извините, я не подумал… Даже попросить некого, наша няня в больнице. Ему завтра в садик, мне на работу…

— А мама Ильи?  — она сама не поняла, как у нее вышло спросить и не заискрить.

— Моя жена за границей, — он ответил очень холодно, а Сашка готова была расхохотаться. Над собой. «А ты на что надеялась? Что он скажет с грустью: «Я вдовец»? Или «Мы живем одни»? Ты правда так думала? Трижды дура!».

— Вы можете ехать, Роман, — она уже почти справилась со своим голосом, — пусть Илья спит, завтра я отведу дочь в садик и привезу его, куда скажете. Правда, моя машина на СТО, но я возьму такси.

— Нет, я обещал сыну, что приеду за ним, я стараюсь выполнять то, что обещаю.

Сашка была рада, что он не слышал гомерического хохота, который звучал у нее внутри. Все равно это ничего не изменит. А он снова наклонился над мальчиком, и тогда она с изумлением услышала собственный голос:

— Если хотите, можете остаться, ложитесь здесь с Илюшей, а я пойду к дочке.

— Разве это удобно, я и так вам обязан…

— Я ведь сама вам предлагаю, верно?

«Что ты говоришь, дура, пусть уезжает, зачем тебе это нужно? Ты что, мазохистка?».

Но он почему-то обрадовался, и Сашка видела, какой он уставший, целый день за рулем, ему явно не хотелось никуда идти.

— Я тогда отгоню машину к супермаркету на парковку. Что-то нужно купить?

— Нет, спасибо, у нас все есть.

«У нас все есть, слышишь, нам никто больше не нужен, мы обходились без тебя и дальше обойдемся, а ты уезжай и живи себе со своей женой, со своей семьей…».

Лишь только за ним закрылась дверь, сумасшедшее напряжение схлынуло, Сашка не удержалась и сползла по двери, закусив пальцы, чтобы не закричать и не разбудить детей. Точно как тогда, семь лет назад она, глупая, влюбленная девчонка, сидела под дверью и рыдала, ничего не изменилось.

Она собиралась для него нарядиться и наложить макияж, она придумывала, что он ей скажет и как можно будет ответить, удачно и остроумно. А он ее просто не узнал.

Он. Ее. Просто. Не. Узнал...

Роман притащил из супермаркета два огромных пакета и пронес их в кухню под растерянным взглядом Сашки, успевшей успокоиться и умыться, несказанно радуясь при этом, что вовремя опомнилась и не стала наносить макияж.