Игрок, забравшийся на вершину. Том 11 (СИ)

Имея такое тело, ты будешь невосприимчив к проклятиям и прочим «тёмным» заклинаниям. Даже убить тебя будет не так-то просто. Более того, с таким телом сильно возрастают способности к изучению и развитию техник, связанных с использованием физических возможностей тела и его составляющих: крови, костей, мышц, сердца и прочего. Вижу по твоим глазам, что тебе очень хочется получить такое тело, да?

Мальчик тут же жадно кивнул, и, увидев это, мужчина внезапно стал серьёзным.

- Ну, конечно. Только вот не всё так радужно и волшебно, дружок. - Барал?Даг пустым взглядом заглянул в свою кружку и, мощным рывком допив содержимое, заговорил, вытерев рот: - Тебе знакомо выражение «желать смерти»? Хотя откуда? Ты ж ещё совсем юн. Так вот, «желать смерти» - это когда тебе становится настолько невыносимо больно, что ты готов умереть, лишь бы прекратить мучения. Ты готов буквально на всё. Все твои принципы и идеалы стираются, и ты готов умолять любого, кто сможет подарить тебе сладкую, маячащую где-то впереди, но недостижимую смерть. Так вот, то, что тебе предстоит испытать при обретении божественного тела, выходит за пределы этого желания.

Радермин сглотнул, а затем спросил:

- Как… Как же вы тогда пережили это?

- Чудом, малыш. Невероятным, мать его, чудом…

На этих словах сцена расплылась, и Ворон снова оказался в большой пещере.

Цербер был прав. В словах героя слышалось то, что посторонний просто не сможет передать. Казалось, что часть той боли, что он испытал, словно пропитывала каждое его слово и жест. А взгляд выражал стойкое желание никогда в жизни больше не чувствовать подобного.

После увиденной сцены Ворон всерьёз засомневался в своих планах, ведь его опыт пережитых страданий подсказывал, что он никогда не будет сознательно готов к тому, что пережил Барал?Даг. На такое можно пойти только в случае, когда ты уверен, что не сможешь выжить не при каком раскладе. Поэтому либо смерть здесь и сейчас, либо мизерный шанс выжить.

- А теперь, - тяжёлый голос нынешнего Радермина вернул парня к реальности, - займись делом, Ворон.

- Да-да, уже приступаю. - Прекратив размышлять, разбойник, перед тем как сесть на место, достал добытую недавно [ангшумскую печать] и вместе с клинками передал её кузнецу: - В прошлый раз вылетело из головы, сам понимаешь, но сейчас-то торопиться некуда. Сделаешь?

- Что? - Хендельсон всё ещё находился под сильным впечатлением от увиденной сцены, ведь, в отличие от парня, он не то что статуй, даже изображений героев не видел. Поэтому, всё ещё пребывая в эмоциональном катарсисе, он рефлекторно взял протянутые предметы и лишь секунд десять спустя сообразил, о чём его попросили, но Ворон уже сидел внутри скелета, не обращая на него внимания.