Забракованные

В дверь постучали.

— Войдите. — Он отложил от себя бумаги, так и не успев вчитаться.

— Господин, к вам пришли. — Заглянула в кабинет одна из горничных.

Интересное дело: его самого слуги боялись как огня, а нарушать его распоряжения им отчего-то было не страшно.

— Я же сказал: меня ни для кого нет, — холодно напомнил Монтегрейн, медленно закипая.

— Но не для меня, — пропел звонкий женский голос, и служанку ловко оттеснили плечиком, затянутым в синий шелк. — Спасибо, дорогая, можешь идти, — бросила гостья горничной таким тоном, будто поблагодарила комнатную собачку за то, что та принесла ей брошенную в реку палку. Как ещё по голове не потрепала? И уже тверже: — Оставь нас.

Служанка что-то покорно пискнула и скрылась в коридоре. Дверь за ней притворилась, оставляя хозяина кабинета и его незваную гостью наедине.

Они не виделись около полугода, но Элиза ни капли не изменилась. Такие же тонкая талия и высокая грудь, подчеркнутые туго затянутым корсетом, те же блестящие черные волосы, поднятые вверх, чтобы сделать акцент на изящной шее, по обе стороны которой спускались длинные цепочки серег с крупными драгоценными камнями.

Затянувшееся мгновение взглядов глаза в глаза, и гостья стремительно пересекла комнату, чтобы забраться Рэймеру на колени. В ответ на наглое посягательство нога отозвалась острой болью, но быстро затихла, вернувшись к обычной, ноющей. Монтегрейн замаскировал искривление губ улыбкой.

— Не знал, что ты в это время года в столице.

— Взаимно, — выдохнула женщина, поворачиваясь, чтобы открыть больший обзор на свою грудь в весьма откровенном вырезе платья. Поцеловала первой, по — хозяйски запустив пальцы с острыми длинными ногтями ему в волосы, попутно распуская стягивающий их шнурок."

"Они были знакомы давно. Легкий, ни к чему не обязывающий флирт на светских мероприятиях сменился физической близостью, лишь когда Рэймер уже овдовел, а Элиза была выдана замуж за человека вдвое старше нее. Монтегрейн и подумать не мог, что их отношения продолжатся после его возвращения с войны. Однако Элиза дала о себе знать первой, однажды без приглашения заявившись в его поместье. С тех пор они встречались редко, но жарко. За плечами женщины был выгодный брак с престарелым мужем и двое детей. За плечами и на плечах Рэймера лежало слишком много того, о чем он не собирался ни с кем делиться. Поэтому их ни к чему не обязывающие отношения его более чем устраивали.

Поцелуй углубился, рука Элизы переместилась к пуговицам его рубашки.

— Скажи, скажи, что это неправда, — прошептала женщина, не переставая жарко прижиматься к его телу.

Монтегрейн подобрался. Желание схлынуло, словно его окатили ведром холодной воды. Естественно, он понимал, что рано или поздно информация о свадьбе просочится в массы.