Забракованные

 — Усмехнувшись, Монтегрейн подошел к Амелии ближе и одной рукой приобнял ее за плечо, а вторую приподнял вверх и щелкнул пальцами. Ронивер, только что подошедший к воротам, испуганно отскочил, когда створка поехала сама собой и захлопнулась. — А еще я теперь могу так, — весело подмигнул другу и махнул растерянному конюху. — Прости, Ронни!

Тот ошарашенно кивнул и с некоторой опаской во взгляде отошел от «оживших» ворот.

— Очуметь! — с восторгом оценил демонстрацию магии Дрейден и сгреб в объятия уже их обоих, благо сейчас они стояли рядом. — Ребята, я так счастлив, что теперь и умирать нестрашно!

— Типун тебе на язык, — огрызнулся Монтегрейн, на сей раз воспротивившись обниманию и содрав руку управляющего со своего плеча.

Крист закатил глаза, но так и не расстался со своей сияющей улыбкой.

Рэймер указал подбородком на ещё не до конца разгруженный экипаж.

— Заканчивай, и жду тебя в кабинете, хочу закончить до ужина.

Дрейден изобразил ему воинский салют и танцующей походкой направился к невесте.

* * *

— Что там особняк? Не развалился еще? — поинтересовался Рэймер, когда Крист отложил от себя только что прочитанный договор и отправился к буфету за выпивкой. — Ты уверен, что надо пить до ужина? — не преминул прокомментировать действия друга.

Кристис, конечно, не Амелия, пить он умел получше самого Рэймера, но его стараниями за месяц исчезал запас спиртного, который, по мнению Монтегрейна, можно было растянуть на полгода, если на не год. И это ему не нравилось: алкоголя было не жаль, а вот печень друга — очень даже.

— Не будь моей матушкой, — отмахнулся Дрейден, все ещё пребывающий в приподнятом расположении духа, что только подтверждал его выбор: позвенев бутылками, он остановился на белом вине, а не на чем-то крепком. — У меня скоро свадьба, и я в стрессе — имею право. — Наполнив бокал и отсалютовав им Рэймеру, сделал большой глоток и с наслаждением закатил глаза. — А особняк стоит. — Вернул бутылку на место и вновь угнездился в кресле, уперев руку с бокалом в подлокотник и теперь покачивая тот в пальцах. — Что ему сделается? Как ты и просил, вызвал специалиста, подзарядил защитные артефакты на входе. Но, друг мой, этот дом выглядит так, что ни один воришка не позарится. Двор вообще — непроходимые леса.

То есть будет лучше, если столичный особняк станет для воров более привлекательным?

— Пусть стоит, — отмахнулся Монтегрейн. Дом ему и правда был без надобности, и, если дела и дальше пойдут так, как сейчас, он всерьез рассматривал вариант с его продажей, но точно не в этом году. А там пусть новые хозяева сами озабочиваются ремонтом.

— Твое дело, — благодушно откликнулся друг, окончательно развалившись в кресле и даже перебросив ногу через один из мягких подлокотников.