Забракованные

 — Когда дар долго не проявляется, он либо полностью гаснет, либо воплощается в потомках с новой силой.

Мэл закусила губу, обдумывая услышанное.

— И у Джерри он?..

Она не договорила, но этого и не требовалось. Рэймер серьезно кивнул.

— Стоит ему снять свой кулон, его аура засияет как факел. Синий.

То есть любой, кто умеет видеть ауры, а это треть населения королевства, сможет ее увидеть. Разумеется, чтобы увидеть ауру мага, нужно знать, как это делать — чуть прищуриться и смотреть под правильным углом, — и оставался шанс, что даже обученный одаренный может не заметить сияние городского мальчишки с первого взгляда. Но со второго и третьего — точно не пропустит. Мэл сама переходила на магическое зрение автоматически и с детства. И всегда — при знакомстве с новыми людьми.

Однако, если дар Джерри, а соответственно, и его аура обладали той мощью, о которой говорил Монтегрейн, то была опасность и того, что это будет бросаться в глаза и против воли тех, кто посмотрит на него без кулона с антимагическим камнем. Когда недавно аура Монтегрейна вспыхнула алым, Амелия ведь не пыталась смотреть как-то по-особенному, ее просто едва не ослепило.

И все это вместе взятое…

— Боги, Рэйм, — пробормотала она, осознав, как сильно они рискуют каждую минуту. — А если он его снимет?

Монтегрейн, в этот момент крепко сжимающий ее руку, чтобы взять кровь, бросил на нее быстрый взгляд и вернулся к своему занятию. Если Амелия действовала не всегда аккуратно, не особо заботясь, если не попадала в вену с первого раза, то Рэймер никогда не позволял себе отвлекаться в процессе или действовать небрежно. Потому-то, собственно, забор крови теперь и перешел в сферу его обязанностей — от собственных действий у нее оставались синяки.

— Не снимет. Он с ним с рождения.

— А его родители?

Вручив ей наполненный шприц, Монтегрейн невесело усмехнулся.

— Отдавая им ребенка, я сказал, что знаю такие обереги — мол, это что-то вроде материнского благословения, и, если его снять, ребенок может заболеть и даже умереть.

Она пораженно моргнула.

— И они поверили?

Подобная история больше походила на суеверие, но никак не на правду.

Рэймер пожал плечами."

"— Когда есть шанс, что что-то повредит твоему ребенку, рисковать не хочется, — заметил спокойно. — К тому же шнурок обработан магией — он не протрется и не порвется, пока Джерри не снимет его собственной рукой. А его тоже настращали, что это бабушкино наследство и его нельзя снимать.

— Дедушкино, — автоматически поправила Мэл.

— Что?

— Дедушкино. Он мне так сказал.

Монтегрейн на мгновение нахмурился, потом расслабился.

— Бабушка, дедушка… Шон и Мирта что-то сочинили. Главное, что он поверил.