Я заберу свою дочь

Берхард суетливо поднимается на ноги. Отряхивает халат. Прячет взгляд.

- Добрый день, Костя. Мы тут обсуждали прогресс Нади…

Ага, заметно, что они тут обсуждали.

Смотрю на Любу, у нее глаза красные. Плакала. Нельзя ей плакать.

Дотрагиваюсь до ее щеки. Красная, горячая… Перепуганная… И в глазах страх…

Эх, Люб, неужели я для тебя такой страшный?

- Мы это… - осекается. Не знает, что сказать. Опускает голову. Тоже прячет взгляд.

- И как прогресс? – интересуюсь. Держу себя в руках. Не позволяю демонам выглянуть наружу.

Берхард тут же осыпает меня медицинскими терминами. Моментально хватается за возможность соскользнуть с темы.

Слушаю его. Держу Любу за руку. Путаюсь унять ее дрожь, но она лишь мне передается. Едва сдерживаюсь, чтобы не прижать ее к себе, а потом вытрясти всю дурь из ее головы.

Злость вступает в борьбу с щемящей нежностью. Адский коктейль.

Едва дожидаюсь конца разговора. Увожу Любу. Она не пытается заговорить. Я тоже молчу. Боюсь сорваться. Скорее бы Надюшку привели. При дочери злость мгновенно уходит.

Остаются только угрызения совести. Чего был мой ребенок лишен! Как восполнить ей потери этих лет! Как стереть воспоминания о кошмарах?

- Мама! Папа! – кроха расплывается в счастливой улыбке, едва завидев нас. - Смотрите! – показывает, как шевелятся пальчики больной ручки.

В этот момент понимаешь, нет ничего важнее и радостней счастья ребенка. Все что угодно отдам, только бы ее улыбка никогда не меркла.

- Ты моя умница, горжусь тобой! – а в глазах у самого мокрота.

- Цветочек! Ты самая сильная девочка! – Люба всхлипывает."

"Мы переглядываемся. Удивительное мгновение. Особая одухотворяющая атмосфера, пропитанная запахом родного, теплого и уютного счастья. Сотня фейерверков взрывается вокруг нас, а за спиной вырастают крылья. В воздухе незримо витает только одно слово: «Семья».

Глава 19

Уехать-то, я уехала, а дальше – тупик. Я привязана к Константину. Полностью завишу от него материально. Даже с Вениамином я не чувствовала себя настолько беспомощной. Я работала. Пусть и отдавала свою зарплату фонду, но у меня была иллюзия независимости.

Тут же Константин связал меня по рукам и ногам. И пока я не готова сделать последний шаг, отдать ему все карты в руки. Слишком много вопросов насчет его персоны.

Он хамелеон. А значит, его настроение, планы могут поменяться. А вдруг Слава права, и впоследствии Константин от меня избавится?

Нет сомнений, он угрожал Вениамину. Избил его. Пусть даже, что-то подленькое в душе нашептывает мне: «Так ему и надо!». Обида, те ужасные слова, я ничего не забыла, не отпустила. Это предательство. Но я не имею права забывать и хорошее. Помощь. Благодаря Вениамину у меня есть Надюшка.

Таксист и привозит меня к клинике. Других вариантов нет. Я не брошу дочь. И не убегу с ней в пустоту.