Забери мою душу

Пытаюсь отвернуться, чтобы скрыть разочарование, но Захар до боли сжимает мои волосы, не позволяя пошевелиться. Глупо требовать от тематика ванили, это совершенно противоположные вещи. Но все равно горько. Настолько, что я не могу этого скрыть. — Я болен тобой, Элина, — хрипло, немного задыхаясь, произносит он. — Неизлечимо болен. Смертельно, моя девочка. И я хочу умереть рядом с тобой. С мной случилось то, что я отрицал, а скорее всего, и боялся.

Обнимаю его за шею, перебираю пальцами на затылке волосы, заглядывая в глаза цвета грозового неба, вот-вот грянет гром, но там нет масок, полное обнажение. Настолько, что я чувствую, как дрожат его руки, сильно сжимающие меня.

— Это самое восхитительное признание в любви в моей жизни. Ты и правда уникален, — улыбаюсь в его губы. — Я буду, наверное, банальной, по сравнению с вами, Мастер, но я вас люблю. Поцелуйте меня. Взамен я прошу ванили, пусть дозировано, но очень сладко, мне это иногда необходимо, — уже шепчу ему. И он целует. Не просто целует, а поглощает меня, жадно всасывая губы, сплетая языки, лишая нас кислорода. Замедляется, позволяя мне вздохнуть, лаская языком мои губы, игриво кусает, всасывает. На минуту позволяет мне поиграть с ним и самой исследовать его упрямые губы, пробуя их на вкус. Вкусно, очень изысканно. Откидываю голову, бьюсь затылком об стекло, когда горячие губы, переходят на шею, целуют, всасывая кожу, оставляя дорожку ожогов. И это интимнее и откровеннее, чем самый горячий секс. Это глубоко, очень остро и на грани. Его любовь стоит того, чтобы отдать за нее душу…

* * *В обед Захар отвез меня домой собирать вещи перед вылетом, а сам уехал решать свои дела. По дороге он попросил меня поговорить с дедом. Поведав о том, что дед ради моей свободы отдал свое место в правительстве. Не Захару, как планировал, а тем, кто организовал подставу. Впечатлена ли «жертвой» деда? Пожалуй, нет. Ведь он бы и так ушел на покой. И даже если бы не пошел на уступки, его все равно за счет скандала сняли бы. Спасибо ему только за то, что решил сдаться без боя и не принес меня в жертву. Но амбиции старика Милохина останутся с ним навсегда. Он принес в жертву целую жизнь ради власти, неся потери в виде близких. Такой тип мужчин не меняется. Все на алтарь карьеры, денег и власти.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Прохожу в дом. Тихо. Оглядываюсь и вдруг понимаю, что не хочу здесь жить. Холодно здесь. Ни тепла, ни уюта. Пахнет огромными деньгами. Как говорится, дорого и богато. А где замешаны большие деньги, всегда плохо. Счастья они, к сожалению, не приносят. Потому что его не купишь. Роскошь приедается, и остается пустота.