Забег на невидимые дистанции. Том 1

Важная мысль, которую он вынес из опыта воспитания собственной дочери, звучала так: любопытный ребенок не в состоянии оценить ущерб, который причиняет, познавая мир. А еще не отличает дешевые вещи от дорогих (и съедобные от несъедобных тоже). И немаловажно – деньги пока что ничего для него не значат. Должно быть, прекрасное время. Но рано или поздно Нина из него вырастет, как выросла однажды из памперсов.

Опасаясь за будущее своего новенького полароида (если он не объяснит ей, как работает фотоаппарат, она найдет его и сама разберет на винтики), отец решил перевести тему, пока супруга стояла в очереди за билетами. Время от времени она махала им кошельком или корчила гримасы, словно сама стала ребенком в окружающей суете.

– Хочешь, куплю тебе что-нибудь?

– Например? – Нина вернула снимок, и мужчина спрятал его в кармане темно-синих джинсов, подумав, что она сейчас спросила его, как будто уже совсем взрослая.

– Сладкую вату или стаканчик колы. – Он снова покружился на месте, ощущая в интонациях дочери осадок напряжения и стремясь развеять его.

– А что там, внутри, есть интересного, кроме колеса обозрения? Ты ведь бывал здесь уже?

– А на чем бы тебе хотелось прокатиться?

– На чем-нибудь очень быстром и опасном! – заявила девочка, встряхнув ножками в толстых колготках.

– Правда? Ну, тогда держись!

Мужчина сделал вид, что готовится к самому быстрому спринту в истории Олимпийских игр, и Нина тут же закричала протяжное «не-е-е-ет!» и залилась заразительным смехом, который мало чем отличался от ее младенческого смеха и напоминал стеклянную посуду, что падает и разбивается по принципу домино – чем дальше, тем громче.

Девочка с такой силой обхватила его за шею, опасаясь свалиться, что отец закашлялся. Теперь ему не хватало воздуха и от кашля, и от смеха, а от этого становилось еще смешнее. «Сейчас умру от того, что меня задушит собственная дочка, – подумалось ему, – а я смеюсь из-за этого».

Ему вспомнилось, как супруга жаловалась на вырванные волосы в те времена, когда Нина не умела ходить и приходилось часто носить ее на руках. Он тогда не обращал особого внимания на мертвую хватку крошечного кулачка, полагая (не без оснований), что так бывает со всеми детьми. Сейчас он понял, что напрасно недооценивал жалобы жены. Волосы ее тем не менее остались в порядке, а вот он рисковал задохнуться. Но опасность миновала, стоило восстановить равновесие, и девочка разжала не по возрасту сильные пальцы.

– Хочу настоящие аттракционы! – сказала Нина заметно повеселевшим тоном.

– Фу-у, – растерянно протянула Нина, и оба засмеялись этой искренней оценке. Ему даже не нужно было видеть ее в этот момент, чтобы представить выражение лица дочери, когда она услышала о лошадках.