Забавы ради...

— Сразу нет, — поспешно произнесла Забава, — Френдзона. А ты к тому же бабник.

— О, как, — хмыкнул Соколов, — Френдзона? Реально? Ну, дела!

Забава только хлопала ресницами и смотрела на четко очерченный профиль парня. Вот ведь бестолочь! И кто ее тянул за язык? Какая, к черту, френдзона?! Но отступать было не в ее правилах. Так что оставалось следовать намеченному курсу.

— Ага, ты против? — насупилась дама воинственно.

— А есть выбор? Конечно «против», — вздохнул Поликарп, — Так, мне уже пора бежать. А ты аккуратнее на дороге. Вечером кофе попьем, — предложил парень и, обреченно, добавил, — По-дружески.

— Ну, ладно, — пожала плечом Забава, и вышла из машины. Обойдя свой Скайлайн, Поликарпова заняла водительское место, и уже повернулась к парню, собираясь бросить слова прощания, но не успела.

— Френдзона! — бормотал Поликарп, чуть наклоняясь ближе, — Чудачка ты, красуля!

Пристегнув ремень безопасности девушки, попутно окатив ее запахом своего парфюма, геля для душа с примесью чего-то горвьковато-приятного, парень заправил упавшие на лицо Забавы волосы за ушко.

— Сам такой, — на автомате брякнула Забава Потаповна, понимая, что от близости парня толпа мурашек мигрирует по спине.

Сильные пальцы будто бы случайно коснулись нежной кожи на шее, скользнули по впадинке на плече, легко пробежались по краю выреза футболки.

— Френдзона, — вздохнул Поликарп и, резко выпрямившись, захлопнул дверь.

— Не холодильник! — недовольно пробурчала Забава, — Чего так хлопать?!

— Френдзона, мать ее етить! — бормотал парень, глядя, как Ниссан покидает парковочное место, — Ага, разбежался!

Проводив девчонку взглядом, Поликарп Сергеевич двинулся в здание университета. В первый раз за всю педагогическую практику, страшный и ужасный, жутко строгий преподаватель, которого за глаза студенты зовут «шизоидный Полик», явился на пару уже после звонка. И мало того, что преподаватель опоздал, так он еще и одет был не в привычный строгий костюм и отутюженную рубашку и галстук, а в легкий свитер и джинсы. Уже этого факта хватило бы, чтобы студенты　 призадумались и насторожились. Но легкая мечтательная улыбка не сходила с лица грозного преподавателя, заставляя студентов прятаться　 едва ли не под партами. А когда прозвенел звонок, который не смог заглушить вздоха облегчения, и Поликарп Сергеевич удалился из аудитории, тихо насвистывая известную одному ему мелодию, студенты переглянулись.

— Влюбился, — кивнули друг другу девчонки.

— В кого, интересно? — поддержали версию мальчишки.

— Вот вернется Соколова Милка, — предложил кто-то из студентов, — Спросим. Они же вроде как теперь родня.

— Да его краля какая-то подвозила, — лениво подал голос староста, — На тачке. Зачетная такая.

— Краля? — уточнил кто-то.