Забава королей

Ты помнишь, когда мы с тобой летали в Шанхай, ты еще удивлялся, как я сильно потею и плохо переношу жару.

– Конечно, помню, – улыбнулся Стригун, – как я мог забыть нашу поездку…

Дронго поднялся, прошел в конец самолета, вошел в кабинет. За столом сидела вторая стюардесса. Увидев пассажира, она поднялась и спросила:

– Вам что-нибудь принести?

– Нет. Я хочу пройти в туалет, помыть руки, – пояснил он.

– Лучше идите в другой, – предложила она, отводя глаза, – мы закрыли второй туалет. Там, кажется, есть проблемы.

Дронго задумчиво посмотрел на дверь, которая вела в секцию бортового питания. Взглянул на чуть покрасневшую стюардессу. Оттуда отчетливо слышались стоны женщины. Очевидно, второй туалет был занят удалившейся туда парой. Стюардесса опустила голову.

– Все нормально, – спокойно произнес Дронго, – не волнуйтесь, я пойду в другой.

Он повернулся и направился в дальний конец салона.

Ишлинский вышел минут через пять. У него было немного покрасневшее лицо и растрепанные волосы, которые он привел в порядок, достав расческу. Дронго дотронулся до его плеча.

– Что? – обернулся Ишлинский.

Дронго показал на ширинку брюк.

– Спасибо, – спокойно кивнул олигарх, застегивая «молнию».

Дронго взглянул на сидевшую рядом с ним Евгению. В это мгновение она открыла глаза, бросив быстрый взгляд на своего партнера, сидевшего рядом. И этот взгляд не обещал ему ничего хорошего.

Глава 8

Они пролетали над Танзанией, когда самолет вошел в зону турбулентности. Дронго поморщился. У него было такое ощущение, что этот кошмар никогда не закончится. Джина открыла глаза, посмотрела на него.

– Как вы себя чувствуете? – спросила она. – Может, сразу перейти к четвертой стадии?

– Нет, – ответил Дронго, – пока еще рано. Самолеты всегда трясет при подходе к экватору. А Кения находится на самом экваторе.

– Похоже, что это вы меня успокаиваете, а не наоборот…

– Нет. Сейчас турбулентность не такая ужасная, пока можно терпеть.

Первый пилот объявил, что они попали в зону турбулентности и над Танзанией идет сильный дождь, но они довольно быстро выйдут из этой зоны и уже через несколько минут все будет в порядке. Так и получилось. Уже через пять минут самолет перестало трясти. Снова появилась Лайза, которая предлагала различные напитки и легкие закуски. Когда она оказалась рядом с креслом Ишлинского, то спросила, что будет пить пассажир.

– Все, что вы мне дадите, – добродушно произнес Ишлинский.

– А мне принесите грузинского коньяка, – неожиданно попросила Евгения.

– Что, простите, – смутилась Лайза, – какой коньяк?

– Грузинский коньяк, – упрямо повторила Евгения. – Или у ваc нет грузинского коньяка?

– Извините, но нет. У нас есть французский коньяк нескольких сортов, – объяснила Лайза.