За тридевять земель (СИ)

Рядом с Василисой уже отметились развесёлая компания английских студентов, группа латиноамериканцев в сомбреро, перьях и с гитарами — она вспомнила, что эти ребята вечерами часто у метро выступали, и семейная пара пожилых немцев. От очередной фотосессии девушку спасли запыхавшиеся Гриша с Ингой.

Гриша растолкал народ, и пощёлкал пальцами у неё перед глазами:

— Эй, очнись! Ну, совсем человек из реальности выпал.

Он подхватил девушку под руку, и вдвоём с Ингой заставил дойти до «Шоколадницы». Инга была отправлена с Василисой в туалет, помочь подруге переодеться, и заодно проверить, что там у неё с телефоном, а то обзвонились.

Пронзительный свет, зеркала и кафельные стены, как ни странно, подействовали на девушку успокаивающе — по крайней мере, она вышла из ступора и начала копаться в мешке, извлекая сумку и юбку. Начав стягивать сарафан, она застряла в нём с поднятыми вверх и перекрученными руками, потому что лямка зацепилась за не снятый кокошник — без Инги так и осталась бы стоять абстрактной скульптурой в ожидании спасителя.

Умывшись, Василиса посмотрела в зеркало — безумный какой-то взгляд, и бледная совсем. Поэтому она долго плескала в лицо ледяную воду, слегка потёрла щёки, чтобы хоть немного порозовели, и взглянула на Ингу:

— Спасибо, подруга, что не комментируешь. Пошли.

Инга закончила упаковывать сарафан и кокошник в мешок, немного подумала, и достала из сумочки скрученный в комок магазинный пакет. Мешок в него поместился не полностью, верхушка торчала, но хоть выглядел он теперь не так кошмарно.

Григорий уже удобно устроился за столиком, девушек ждали чай и эклерчики — что, учитывая обычную неторопливость заведения, было удивительно.

Василиса откусила кусочек, и зажмурилась удовольствия, пирожное — как раз то, что сейчас нужно. Отхлебнула чая и обиженно спросила:

— А почему не кофе?

— Нам сейчас только кофе и не хватает. По-хорошему, так вообще бы по бокалу валерьянки…

Василиса начала оправдываться:

— Да не знаю я, что на меня нашло. В жизни ни на что так не реагировала, а тут как резьбу сорвало. Ну, подумаешь, из сказки вышвырнули — так не такая уж она и сказка. Когда из той юридической фирмы уволили, чтобы племянницу чью-то взять, и то так не переживала. Ребята, мне правда, стыдно…

Инга успокаивающе погладила подругу по руке, а Гриша отреагировал неожиданно:

— И хорошо, что сорвало. А то ведь совсем «железная леди» была, если не ледяная. Я понимаю, после того, как погиб Макс…"

"Не обращая внимания на предупреждающе поднятую ладонь невесты, он продолжил:

— Понимаю, первая любовь, к тому же с первого взгляда и безумная и всё такое, но ведь два года прошло.

— Полтора.

— И что, жизнь закончилась? Ты же теперь всех парней с ним продолжаешь сравнивать.