За тридевять земель (СИ)

Стараясь не шуметь, она ещё немного походила по комнате, поперекладывала вещи, потом открыла окно и вдохнула тёплый пряный воздух. Моря было не видно и практически не слышно, но оно ощущалось — далёким дыханием, вздохами и тихим, неумолчным зовом."

"Василиса взяла раковину, приложила к уху, и услышала рокот волн, похожий на завораживающую музыку. Немного послушав, она решила создать собственную музыку, и свистнула в тонкий шершавый завиток. Послышался высокий, практически ультразвуковой писк, на этом всё и закончилось: как девушка ни надувала щёки и не меняла положение губ, при следующих попытках было слышно лишь «пффф» выдуваемого воздуха.

Пробормотав, что флейтистки из неё точно не получится, да и горнистки — тоже, она решительно вышла из комнаты, прихватив непослушный музыкальный инструмент.

По узкой дорожке между двумя отелями до пляжа оказалось рукой подать. Днём она курортный берег практически и не видела — рыбацкая бухта не в счёт, да и вид у неё был не очень привлекательный, с грязноватым на вид песком и кучами водорослей. Сейчас же, в лунном свете, море напоминало фантастический инопланетный пейзаж, с гигантской, неправдоподобно яркой луной, серебряным песком и полосками ажурной пены на свинцовых волнах.

Побродив босиком по тёплой воде линии прибоя, Василиса решила, что столь романтической картиной стоит полюбоваться спокойно и с комфортом, чтобы проникнуться и запомнить. Она вернулась к началу пляжа, уселась на прогревшийся за день на песок и попыталась облокотиться на пальму. Выяснилось, что лицом к морю это сделать невозможно — все стволы сильно наклонялись в сторону воды. Повозившись, она притулилась к пальме сбоку, но всё равно было неудобно, и планируемое спокойствие снисходить не спешило.

Девушка немного послушала раковину — гипнотический шум немного изменился: теперь в него вплеталась тихая, на грани слышимости, мелодия. Василиса почувствовала, что засыпает и, чтобы придти в себя, попыталась продолжить музыкальные упражнения. В этот раз раковина издала чистый, звенящий, радостный звук, который как бы говорил: — Я здесь!

В ответ мелодия из раковины зазвучала громче, торжествующе и зовуще. Ошарашенная, она опустила свой музыкальный инструмент на песок и взглянула на море — картина изменилась: волны утихли, а луна, раньше равнодушно освещавшая окрестности, нарисовала на водной глади чётко очерченную дорожку. И по этой дорожке к берегу двигался силуэт мужчины, протягивающего к Василисе руки.

Она пристально вгляделась, неверяще вскрикнула, вскочила и бросилась навстречу. Вбежав в воду, Василиса не остановилась, а так же стремительно пошла вперёд. Ей казалось, что она даже не идёт, а летит по лунной дорожке.