За все спрошу жестоко

Рюмочку коньяку, если можно... Да, кстати, я тут денег тебе принес. Ну, чтобы ты не подумала, будто я тебя объедаю...

– Я не думаю.

– Но все равно возьми.

Алекс вынул из портмоне деньги, отсчитал шесть двадцатипятирублевых купюр, аккуратно положил на стол. Смешно это или нет, но за свою комсомольскую работу он получал примерно столько, сколько мог отстегнуть Наташе за шпильки. Ну, разве можно жить на такую зарплату, отказывая себе во всем? Нет, конечно. Поэтому крутится он, вертится. Кокаин помогает справляться с усталостью, снимает нервное перенапряжение. Квартира у него, крутая тачка. Для полного счастья ему нужна только Наташа. И Алекс получит ее...

– Спасибо, – поблагодарила девушка, хотя к деньгам даже не прикоснулась.

– А коньяк?

– Хорошо.

Она принесла початую бутылку армянского коньяка, бокал, блюдце с нарезанным лимоном.

– Может, бутерброд приготовишь?

– Можно.

Колбаса докторская за два восемьдесят, сливочное масло за три сорок, свежий нарезной батон – незатейливо, но вкусно.

– Сама потихоньку пьешь? – кивнул Алекс на бутылку.

– Нет. Это Игорь вчера выпил чуть-чуть, – опустив глаза, сказала девушка.

– Да ладно, я тебя понимаю. Одна здесь, мужика нет, волком выть хочется...

– Почему бы и нет? Игорь иногда бывает.

– Игорь в постель не уложит.

– Это не главное.

– Но и не лишнее...

– Да ну тебя!

– Себе бокал принеси. Я же не алкаш, чтобы в одиночку.

Наташа пожала плечами, сходила за бокалом. И выпила вместе с Усыгиным. Минут через десять повторила. И от третьего раза не отказалась."

"– Хорошо сидим, – сказал Алекс, уютно устроившись в кресле.

– Тебе, наверное, уже пора.

– Мне и здесь хорошо.

– Сейчас Игорь приедет.

– Ну и что? Я же насиловать тебя не собираюсь.

– Только попробуй!

– А вдруг?

– Поезжай домой.

– Нельзя мне сейчас ехать. Я под градусом. Да и кокаин душу, как ту гармошку, растянул. Развернулась душа и не сворачивается. И все так легко и просто... Хочешь попробовать?

– Тебе же самому мало.

– Для тебя ничего не жалко... А потом у тебя на душе тяжесть. Из-за Сэма. Тебе расслабиться надо.

– Я боюсь.

– Чего?

– А вдруг я потом глупостей наделаю...

– Каких глупостей?

– Например, ты приставать начнешь, а я не откажусь...

– Не начну. Но если ты начнешь, я возражать не буду...

– Тогда не надо.

– А можешь начать?

– Не надо, говорю. Поезжай домой.

– Да, наверное.

Усыгин достал пакетик со второй дозой, развернул его.

– Будешь?

– Нет... Не знаю...

– Я не буду стоять над душой. Нюхнешь – и я сразу же уеду.

– Ну, если так... Только если не уедешь, я тебе верить не буду.

– Это ты зря. Мне нужно верить. Никому нельзя верить, а мне можно. И нужно. Как только понюхаешь, так я сразу же и уеду. Чтобы не путать твои ощущения.

– Ну, хорошо...

Наверняка она сама попивала коньяк в одиночестве.