Великий маг, вернувшийся за ней

Его прикосновения были несколько неловкими, и некоторые песчинки царапали кожу, напоминая о тех потоках грязи, что бомбардировали меня на склоне. Из-за обилия маны в моём теле царапины уже стали затягиваться, но грязь… да, я вся была грязная. Поддерживая мой затылок, Лисар смыл грязь с лица, шеи и прядей волос. Пока одна ладонь оставалась под головой, другая скользнула по ключицам, омывая и их, а затем двинулась ниже.

Не грубо и не нежно, он обмахнул всё моё тело, не стесняясь никаких мест. Острые песчинки, принесённые потоком дождевой воды, находились в самых неожиданных местах, и Лисар избавлял меня от них движениями достаточно чёткими, чтобы в них нельзя было заподозрить двусмысленность.

После чего поднял меня из воды. Потоки шумно схлынули вниз, Лисар тряхнул меня, едва не заставив клацнуть зубами, после чего посадил на стул и быстро окутал разложенным на нём огромным полотенцем.

В таком виде он вынес меня из ванной, миновал одну комнату, а в следующей уложил на кровать и снова навис сверху. Упираясь ладонями возле моих плеч, Лисар опять смотрел мне в лицо, и окружающая мана вновь задрожала от его эмоций. Отложив всякие мысли о том, чтобы быстро вырубить его, я изо всех сил притворялась трупом.

— Ну и зачем всё это было?!

От его вскрика я чуть не подскочила.

— Тебе что, жить надоело?! — рявкнул Лисар. — Умереть хочешь? Не смей, просто не смей!

Глаза сами распахнулись от злости: ненавижу, когда орут в лицо.

— Не смей мне приказывать! — рыкнула в ответ.

Моё колено полетело ему в бок. Усиленный маной удар швырнул Лисара в сторону, но едва я подскочила, он ухватил меня за плечо и мощным рывком уложил обратно на кровать и навис сверху. Его радужки светились:

— Не смей умирать! Не смей рисковать собой!

Кстати, он был не совсем голый, а панталонах. Это я заметила, когда попробовала ударить его в пах, но Лисар успел подставить под моё колено бедро. Зато пропустил сокрушительный наполненный маной удар под дых.

Снова я вскочила. Ваз и подходящих орудий рядом не было, даже одеяло на кровати было придавлено мной, не позволяя накинуть Лисару на голову. Так что я рванула к двери, но согнувшийся пополам Лисар врезался мне в спину, и, пока я пыталась удержаться на ногах, обхватил за талию и снова швырнул на кровать. Та скрипнула от удара. Я зло уставилась на Лисара.

Он смотрел так же зло:

— Кто ты такой, чтобы мне приказывать, сопляк? — я буквально задыхалась от ярости.

Обычно я спокойнее, рационально ищу способы спасения, но это был Лисар, и глаза застилало алой пеленой гнева.

— Не смей умирать! — он пнул кровать, и она, массивная двуспальная, отъехала в сторону на несколько шагов. — Думаешь, если умрёшь, очнёшься ещё раз? Думаешь, у тебя бесконечная жизнь?

Он снова в ярости пнул кровать.