За тридцать тирских шекелей

 – Нормально все? Или опять что-то неправильно? Я ведь тоже едва взял эту мерзость живой. Если бы дернулся – пришлось бы стрелять… А у него тоже оружия не было!

– Надо действовать по закону, меня так учили. Нет у него оружия – задерживайте как положено – без стрельбы…

– А ты видел его? Как такого быка задержишь? Ты бы его закрутил? Я стажером тоже был твоей комплекции, но потом и качался, и боевым самбо занимался… Но не уверен, что сумел бы задержать. И Рутков, наверное, тоже со своим не справился бы, тем более у него возраст, ранения…

– Ну, это не значит, что его нужно было стрелять, – упрямо твердил тот. – Я, конечно, рапорт писать не буду. Но если меня вызовут, то извините…

– То-то, когда Крота брали, ты норовил в сторонке отстояться. Это не про закон в кабинете рассуждать. А ведь Крот не страшный совсем, да и не сопротивлялся…

Больше они на эту тему не говорили. Серп, по-прежнему, показаний не давал, но дело о разбойном нападении на квартиру Николаевых уверенно шло к финалу. Следователь Петров был уверен, что летом он направит его в суд.

Тем временем, прокурорская проверка по факту применения оружия подполковником Рутковым приняла неожиданный оборот. Впрочем, неожиданным он был только для тех, кто не знал о позиции стажера, который, по мнению всех сотрудников отдела «держал камень за пазухой». Собственно, проверка вначале носила формальный характер, а потому шла вяло и была нацелена на отказ в возбуждении уголовного дела.

Сам Рутков рассказал о вынужденности открытия огня, поскольку задерживаемый извлек пистолет. Все остальные участники задержания показали, что ничего не видели, так как находились в других местах, и это была чистая правда. Когда все было кончено, они узнали, что Рутков был вынужден применить табельное оружие, так как задерживаемый оказал вооруженное сопротивление. Наиболее близко находящимся к месту событий оказался Лобов. Он пояснил, что прибежал на выстрелы сразу после задержания Серпа и увидел, что Молоток лежит на полу с пистолетом в руке. А Рутков, достаточно взволнованный, как всегда бывает в такой ситуации, рассказал ему о произошедшем.

Настрой на оправдание изменился, когда опросили Глумова. Как и обещал, стажер рассказал все, как было на самом деле. О том, как они ехали на задержание, как Рутков предлагал взять маленький пистолетик, но узнав, что стажер не готов стрелять в людей, спрятал его обратно в задний карман брюк. А впоследствии этот же пистолет оказался в руке убитого задерживаемого."

"Ситуация резко изменилась. Было возбуждено уголовное дело и передано из районной прокуратуры в городскую, старшему следователю Сазонову, который специализировался на уголовных делах о преступлениях сотрудников милиции.