За точкой невозврата. Полдень битвы

Имеющееся у нас вооружение – это откровенный хлам, обноски с чужого плеча, ибо приобретению современных танков, самолетов и артиллерийских орудий ощутимо мешает недостаток финансовых средств. Даже если я раздену догола каждого гражданина Турецкой республики, то не получу достаточно денег для перевооружения армии. Чтобы отвергнуть наглые притязания господина Сталина, мы могли бы прибегнуть к покровительству враждебных ему держав, чтобы те поставили нам вооружения как противникам большевистской экспансии. И именно такого развития событий стремится избежать большевистский Властитель полумира, выдвигая нам свой ультиматум. Сейчас Америка – это далекое от нас государство, по большей части занятое своими делами на Тихом океане, а потому не обращающее внимание на то, что происходит в Старом Свете, но так будет не всегда. Эта великая страна с мощной промышленностью и большими амбициями, практически недоступная для прямого нападения. Если Турецкая республика сохранится в своем нынешнем виде, то после того как американцы решат свои проблемы, нам непременно поступит предложение вступить в антирусский и антибольшевистский союз. И мы, конечно, от него не откажемся. Так было в прошлом мира за Вратами, и именно эту возможность господин Сталин желает отменить, требуя нашего изменения и разоружения. При этом нам следует ценить то, что с нашим правительством ведут переговоры, желая добиться всего миром, а не бомбят наши города с воздуха. А теперь, дорогой Нуман-паша, продолжайте.

Министр иностранных дел сказал:

– Всего сто лет назад турки были меньшинством на территории нашего современного государства, а больше половины населения составляли христиане, греки и армяне, еще двадцать процентов – курды. Во исполнение заветов предков, желая избавиться от иноверцев и инородцев, мы пролили реки крови, чем возбудили ненависть и опасения всех окрестных народов. Господин Иванов, посол русских из будущего, заявил мне, что причина преждевременного упадка Османской империи – бездумная привычка к грубому насилию и беспощадному уничтожению побежденных врагов. Сами русские поступают совершенно по-другому, и так же, как они, когда-то действовали наш первый султан Осман и его ближайшие преемники, заложившие фундамент могущества будущей Оттоманской Порты. И только потом политика потомков Османа сменилась на прямо противоположную. Быть может, это произошло в силу опьянения султанов мощью своего государства, а может, и потому, что Оттоманская Порта была готова принять к себе любого талантливого европейского мерзавца, лишь бы он принял ислам и взял себе турецкое имя.