За тобой

 — Что за чёрт? Здесь, похоже, кто-то лежит!

— Может, этот кто-то перебрал? Дайте-ка…

С удивительной для такого крупного тела лёгкостью Давид проскользнул в образовавшуюся щель. Послышалась какая-то возня. Потом он чертыхнулся и бросил уже громче:

— Бэлла, звоните в больницу. Тут, похоже, избили девушку…

— Не надо. В больницу…

Бэлла узнала голос мгновенно и выскочила на звук. Благо, Давид уже оттащил от двери ее бывшую сотрудницу.

— Катя!

— Ты её знаешь?

Бэлла с намеком уставилась на Давида. Это же было очевидно, не так ли?

— Что с тобой случилось?

— Ты, наверное, хотела спросить, кто? — диковато улыбнулась нежданная гостья. От этой улыбки только-только взявшиеся корками ранки на её губах разошлись, и проступили рубиновые капли крови. — Разве это имеет значение? Помоги мне…"

"— Её нужно в больницу! — настойчиво повторил Давид.

— Нет! — дёрнула головой Катя и застонала.

Бэлла растёрла лицо, прикидывая в уме, как ей лучше поступить.

— Менты же… — пояснила Катя свой довольно резкий отказ, как будто и впрямь думала, что Бэлла не понимает ее мотивов.

— Ничего. Как-нибудь отбрешешься. Где болит-то?

— Везде, — снова хохотнула та.

Пользуясь тем, что Давид отошёл, чтобы вызвать скорую, Бэлла тихо шепнула:

— Кто это сделал?

— Ваган.

— Твою мать, Катя! Где твои мозги? Ну даже новенькие не творят такой дичи. Какого хрена?! Ты же у меня бывалая.

— Он платил хорошо. А у меня малой. Ты знаешь.

Катя теряла силы и говорила так тихо и медленно, что Бэлле приходилось здорово напрягать слух. Малой у неё… малой. Да, у них у всех кто-то был. Кто-то, ради кого её девочки занимались тем, чем занимались. У каждой имелся чёткий ответ, ради чего они всё это терпят. Рискуют. Теряют достоинство. Каждый божий день продавая по чуть-чуть свою душу.

— Дура, — покачала головой Бэлла. — Дура! Какая же ты дура, Катька. Я же предупреждала. Я же говорила! Даром всё, что ли? Ты под кем сейчас? Под Рустамом?

С тех пор, как Бэлла завязала с бизнесом, её девочки пошли на вольные хлеба. Кто-то сам искал клиентов, кто-то нашёл себе крышу в надежде, что та их защитит. Беда в том, что никто с ними так не носился, как Бэлла. Никто так над ними не трясся. Да и говоря откровенно, ни у кого не было таких, как у неё, связей на самом верху.

— Скорая вот-вот приедет. Ты сможешь вниз спуститься?

— Да. Конечно.

— Кто это так с тобой? — резко спросил Давид. В попытке понять, что ей можно говорить, а что нельзя, Катя уставилась на Бэллу. Глаза у нее заплыли от удара, и смотрелось это с каждой секундой всё хуже. Бэлла незаметно качнула головой, мол, молчи.

— Да так, один… — прохрипела Катя, в не слишком успешной попытке подняться.

— На твоём месте я бы бежал от этого «одного» без оглядки.

— Я так и сделала.