Тень за спиной

— Детектив Бреслин все отлично понимает, дурачок. Он же не первый день служит. Он просто проверял нас. Хотел убедиться, что мы не поддадимся соблазну свалить всю тяжелую работу на кого-то другого при первом же удобном случае.

Стив разинул рот. А потом захохотал.

— Господи, а я стою тут как идиот, толкаю речугу насчет того, что нам надо заслужить уважение. Старина, ну ты молоток. Лихо провел, поделом мне.

Губы Бреслина растянулись в слабом подобии улыбки, но глаза оставались холодными и подозрительными. Он так и не понял, верить нам или нет.

Я позволила себе полуулыбку.

— Сначала он и меня провел. Видать, не зря заслужил свою репутацию. Спасибо, Бреслин. Мы получили твое послание, ясное и четкое. Мы сделаем свою работу. А когда закончим, встретимся в оперативном штабе. Совещание по делу назначено на четыре.

Я кивнула ему и повернулась к стеклу. Наложившийся на Рори отраженный Бреслин все смотрел на меня. По спине побежали мурашки. Наконец отражение пожало плечами.

— Я очень хочу думать, что вы знаете, что делаете. Увидимся в четыре.

Отражение развернулось и исчезло. Дверь в комнату наблюдения со щелчком закрылась.

Мы со Стивом чуть подождали, прислушиваясь и наблюдая, как Рори вытаскивает из кармана салфетку и пытается привести в порядок опухшее лицо. Затем я подошла к двери и быстро ее распахнула. Коридор был пуст.

— Мне это не нравится, — сказал Стив. Ни следа от акцента не осталось."

"— Мне тоже, — ответила я.

— Что это у него за игры?

— Не знаю.

Я оставила дверь открытой. Попытка пометаться из угла в угол провалилась, комната наблюдения была слишком мала, и через каждые два шага я упиралась в стену. Все это дело невыносимо воняло. Не хочешь, да подумаешь, будто нас намеренно подставляют.

— Слышал его? «Гарантирую, что у вас не будет больше проблем в общей комнате». Да это же взятка, нахер, была.

— Почему он хочет, чтобы Феллона посадили? И так сильно хочет.

— Без понятия. Я не подозревала в нем одного из тех, кто пытается мне нагадить.

Стив, конечно, видел, что происходит, он же не в коматозном состоянии работает, но душевных излияний я ему не устраивала. Тема всплыла впервые столь откровенно, и мне это совсем не нравилось.

— Если мы поспешим с обвинениями против Феллона, а потом они рассыплются и Краули разнесет это по всей стране…

Одна только мысль о взрыве аплодисментов в общей комнате, ухмылке на лице Роше и откровенном облегчении в голосе О’Келли, когда он будет объяснять мне, что я не могу здесь работать, красной молнией впивалась в мозг.

— Прекрасный способ выставить меня за дверь.

Стив расплющил пластиковый стаканчик и сгибал его теперь так и эдак.

— Возможно, тут совсем другое. Он хочет, чтобы мы запороли дело.

«Мы» — это очень мило.