Тень за спиной

Это что-то новое, идиотское, возникшее из привычки постоянно опасаться подвоха в отделе. На прошлой неделе я оставила на столе кофе и отправилась в туалет, а когда вернулась и собралась отпить из стаканчика, заметила, что в нем плавает плевок. Я ни за что не расскажу об этом Стиву. Не хочу становиться тем, в кого они пытаются меня превратить. Мне не нравится быть такой.

— Но если… — начал Стив.

— Без «но». Я не хочу слишком хвататься за идею, пока у нас нет веских доказательств. И вот еще, — я обогнала пожилую пару, — помнишь, я говорила, что поболтала с Бреслином насчет Софи?

— Иисусе. Он выживет?

— Да. Только синяки припудрит.

— Ты же хорошо себя вела? Скажи, что хорошо."

"— Расслабься, все прекрасно. И это самое интересное. Потому что я вела себя совсем не хорошо. Я ему чуть дверью мошонку не прищемила, а он так и остался сама милота.

— Так, может, он и не морочил нам голову вчера? Может, он искренне считает, что все в порядке?

— Думаешь? Я назвала его наглым пиздюком, который лезет куда не просят, и объявила, что в моем расследовании он будет делать то, что я считаю нужным.

Стив испуганно хохотнул.

— Я думала, он мне голову оторвет. Но знаешь, что он сделал? Вздохнул и сказал, что все в порядке и с этого момента он так и будет поступать.

Стив не рассмеялся.

— Похоже на Бреслина? — спросила я.

Помолчав, Стив ответил:

— Похоже на то, что он желает поддерживать с нами дипломатические отношения.

— Вот именно. Потому что только так он может быть в курсе наших дел. А вовсе не из-за его глубокой веры в нас с тобой. Знаешь, за чем я его застукала? Он беседовал с Маккэнном, но как только они увидели меня, сразу заткнулись. Бреслин наплел мне всякой бредятины насчет семейных проблем Маккэнна, но я убеждена, что они обсуждали, как побыстрее от меня избавиться.

— Думаешь? А что конкретно они говорили?

Я пожала плечами.

— Да мне по барабану, я толком и не слышала. Маккэнн выглядел совсем не радостно, а Бреслин уверял его, что быстренько разберется с какой-то бабой и все снова станет как прежде. Маккэнн хотел, чтобы он поторопился. Примерно так.

— И ты уверена, что речь не про жену Маккэнна?

— Черт его знает. Но вряд ли.

Придурок в костюме, с бейджиком и опросным блокнотом подкатил к нам, счастливо улыбаясь, но, увидев наши лица, мигом испарился. Мои чары снова работали. Еще пару дней назад он бежал бы за мной до конца улицы и клянчил денег на борьбу с псориазом в развивающихся странах, умоляя улыбнуться.

— Хорошо, — сказал Стив. — Итак, мы пытаемся понять, не стал ли Бреслин продажным полицейским.

Даже на таком расстоянии от здания мы оба автоматически оглянулись.

— А вдруг это Маккэнн?

Об этом я даже не думала и на секунду почувствовала себя дурой безмозглой. Паранойя иногда мешает мне увидеть очевидное.