За его спиной (СИ)

— Нет-нет… — зашептала я, стараясь быть как можно тише, чтоб не разбудить ребенка, — я притворилась полной дурой… Плакала, сопли развешивала… Аминову было противно меня касаться…

— Это хорошо, хорошо… Садись, — она потянула меня на соседнюю с Ванькиной лежанку, — что хотел?

— Узнать, где убийца его сына… — усмехнулась я, затем аккуратно оглянулась на неподвижно лежащего Ваньку и продолжила, еще больше понизив голос, — Аня… Он нас продать хочет… Скорее всего, куда-то в бордель, понимаешь? Сказал, помыть, покормить, приготовить… Не портить товарный вид… Аня… Я вот что хочу сказать… Я знаю, что ты… Беременна…

Аня вздрогнула, машинально прижала ладонь к животу, прикусила губу.

А я торопливо продолжила:

— Ань… Я никому-никому… Никогда… Не волнуйся… Я чисто случайно, не специально… Но, Аня… Если вдруг что… Не сопротивляйся… Чтоб не били… Все можно пережить, правда ведь? Главное, чтоб не били… Чтоб малышу не сделали плохо… Я вот так думаю… Аня, послушай, я знаю, что ты упрямая… А я… Я тряпка, как выжали, так и высохла… Но нам надо о детях думать… И о Ваньке, о Ваньке… Может, все же сказать, кто его отец? Может, испугаются такое с ним делать?

Я всхлипнула от ужаса, не желая даже представлять себе ничего, чтоб не погружаться еще больше в кошмар.

Мне-то понятно , за что…

Мне по заслугам. Из-за меня папу и Алю убили. И люди погибли, пусть и плохие люди, но смерть — это что-то запредельное…

А вот Аня и Ванька пострадали просто так! И опять из-за меня! Из-за меня!

— Прекрати, — нахмурившись, встряхнула меня за плечи Аня, — все будет хорошо! Мы выберемся! Поняла? Ты себя очень правильно вела, молодец… Я всегда знала, что ты — не промах… Умничка… А теперь нам надо ждать. И ты права, не сопротивляться, не провоцировать, чтоб били и заставляли. Реально, можно все пережить. И мы переживем, поняла, Ляля?

— Потише… — пробормотала я, косясь на соседний топчан, — не надо Ваньку пугать…

— Ага, — усмехнулась Аня, — напугаешь его, как же…

Я присмотрелась к лежащей на топчане фигуре… И подняла изумленный взгляд на Аню.

— Засранец… Разве удержишь? Так что, Ляля, нам только ждать остается… И тянуть время, чтоб у него его как можно больше было…

Ваньку они подобрали на въезде в город. Притормозили на остановке автобуса, где прямо на лавочке спокойно сидел худой подросток, по виду такой же, как и тысячи других в этом городе.

Когда с визгом остановился ровер Хазара, Ванька только откинул капюшон с лица и, едва заметно помотав головой, чтоб не выскакивали навстречу из десятка других, тормознувших чуть в стороне тачек, поднялся с лавки и резво двинулся к машине.

Скользнул с ловкостью дворового, битого жизнью кота на заднее сиденье и тут же попал в объятия Хазара.