За руку с ветром

Двухэтажный величественный особняк, не вычурный, но по-английски элегантный впечатлил Чипа, и она долго вертела головой, рассматривая то ухоженный сад, то царственный фасад, то подобранную дизайнерами мебель. Смерчинский любил красивые вещи вокруг себя и ценил уют, а потому его дом казался очень привлекательным, отчасти даже каким-то игрушечным, такие Мария видела только на картинках журналов. Таня, которая тоже обожала роскошные вещи, напротив, пребывала в состоянии оцепенения, а потому была не в силах оценить место, в котором оказалась.

– Прошу в гостиную, – сказал Даниил Юрьевич, и некоторое время беседовал с внуком, изредка делая звонки или же отвечая на них. Разговор был достаточно долгим, и, кажется, произошедшее привело деда Дениса в ярость, которую он отлично маскировал, слушая или же задавая вопросы. В конце разговора он сказал:

– Вашего отца, Мария, мне придется проинформировать об инциденте. Думаю, он будет весьма недоволен. Кажется, с вашим отцом у нас будет долгий разговор, – на узких губах появилось подобие улыбки. Даниил Юрьевич уже кое-что обдумал, поняв, как может использовать произошедшее в своих целях, а вот Маша, напротив, понурилась – уже представляла, как ее запрут дома, да и не хотелось, чтобы родители опять волновались. Да еще и на свадьбу собственного брата могут не отпустить! – На время я вас покину. Нужно встретиться с одним человеком, – при последнем слове мужчина нехорошо усмехнулся. – Здесь есть охрана, можете не беспокоиться. Как только я улажу ситуацию, вас отвезут по домам.

– Я сам доеду, – встрял Челка.

– На простреленном колесе? Сомневаюсь. Мне пора, отдыхайте. – С этими словами Даниил Юрьевич ушел, но Дэн, шепнув девушке, чтобы она не скучала, вдруг сорвался с места и быстрым шагом направился следом за дедом, нагнав его у лестницы.

– Что ты будешь делать? – в лоб спросил он. Мужчина недовольно поморщился и задал встречный вопрос:

– Какого чувствовать себя жертвой?

Парень сердито взглянул на родственника, встретил насмешливый взгляд синих, как и у него самого, глаз и запустил руку и в без того растрепанные темные волосы.

– Я хочу знать, что ты будешь делать? – упрямо повторил он.

– Чтобы одного моего умнейшего внука не посадили, а другого, не менее умного, не пристрелили, мне, дорогой мой, знаешь ли, нужно сделать много чего. Ты вообще понимаешь, что на тебя объявили охоту? – вдруг сорвалась с лица Даниила Юрьевича маска надменного спокойствия, и тут же на холеном лице прибавились годы, и стало понятно, что этот мужчина куда старше, чем выглядит на первый взгляд. – Ты знаешь, почему я не спал сегодня и вчера тоже? Потому что идет передел власти, мой глупый внук, – Даниил Юрьевич постучал указательным пальцем по макушке Дэна.