Война за проливы. Операция прикрытия

Пыльные немощеные улицы, местами изрядно обветшавшие дома и обыватели, которые стремятся показать себя важными господами, но на самом деле являются обыкновеннейшими провинциалами. Да и населения в этом Олькуше тысяч пять, не более. О будущем этого городка говорит только новенькая, меньше года назад отстроенная железнодорожная станция с двумя платформами и четырьмя путями; развалины же некогда принадлежавшего польским королям Олькушского замка свидетельствуют о его прошлом. Основным же смыслом существования Олькуша в наши дни считается рудник цинковых руд.

Глубоко вздохнув, господин Бережной сказал, что именно в Олькуше тянул лямку офицера-пограничника один из его любимых литературных героев. И что тут все как в той книге, так что окажется, будто он уже один раз бывал тут лично.

Прежде пограничная стража в основном боролась с караванами контрабандистов, стремящихся провезти дорогой товар в обход уплаты российских таможенных пошлин, и полностью игнорировала людей, не имевших при себе ничего ценного. Но в условиях надвигающейся войны это было неправильно, тем более что австрийские начальники на той стороне уже прослышали о прибытии в летние лагеря корпуса морской пехоты, так что требовалось резко урезать их доступ к информации. А в том, что вместе с контрабандистами с той стороны пойдут шпионы, не было сомнений ни у меня, ни у генерала Бережного. Человеком, которому вменялось решить этот вопрос, оказался генерал-майор Гордеев, командир отдельной егерской бригады, на время боевых действий подчиненной корпусу Бережного. Насколько я понял при первом же взгляде на этого человека – как он двигается, смотрит и говорит, – он одной крови с генералом Бережным и подполковником Бесоевым. Его егеря во взаимодействии с русскими пограничниками должны были перекрыть границу на замок, а по получении команды «Шторм» сделаться передовым отрядом корпуса, выискивающим для него наиболее выгодное направление прорыва.

Егеря – это такие люди, которые, одетые в специальные маскировочные костюмы, в лесу или в горах умеют вести себя так, будто их там нет. Заметить егеря, когда он не хочет показываться на глаза, можно только непосредственно наступив на него ногой или задев рукой. Эти воины-невидимки и стали той сетью, в которой запутывалась вся пересекающая границу рыба, от мелких плотвичек до огромных сомов. Это я говорю потому, что прежде разную мелочь вроде типа крестьян, потерявших лошадь, корову, козу или собаку, взашей гнали обратно, лишь изменяя после этого расположение постов и секретов; теперь же их свозили в специально приготовленное место, где с ними принимались работать сотрудники ГУГБ. Отпускать кого-либо обратно в Двуединую монархию строжайшим образом запрещалось.