Война за проливы. Операция прикрытия

Вы возьмите общую численность партийцев всех сортов и количество взрослых и дееспособных подданных вашего величества обоего пола. Да там политически активных и полпроцента не наберется. Зато в демократической Европе каждый гражданин обязан принимать участие в выборах, а следовательно, европейцы, пусть и опосредованно, становятся ответственными за политический курс своих правительств.

– Вот именно что опосредованно, уважаемая Нина Викторовна, – вздохнул император, – сами же рассказывали о присущем западной демократии свободном выборе между двумя абсолютно одинаковыми вариантами одного и того же зла. Я понимаю, что не могу ничего изменить, просто высказываю свое монаршее сожаление о напрасно погибших людях.

– Постойте, Михаил, – возразила генерал Антонова, – мне кажется, что ваши сожаления несколько преждевременны, ведь пока еще никто не погиб, и у нас есть возможность предупредить правительства Франции и Великобритании о грозящей опасности. Ширина полосы, над которой может произойти взрыв, составляет всего по пятьдесят километров в ту или другую сторону от осевой линии. И во Франции, и в Великобритании имеется развитая сеть железных дорог. Достаточно вывести людей из опасной зоны еще километров на сто в стороны – и больших жертв можно избежать.

– Нина Викторовна, – воскликнул император, – если вы не знаете современных парижан и вообще французов, то я вас просвещу. Если прямо сейчас объявить им о наступлении конца света, то они, напротив, выбегут на улицы – полюбоваться апокалипсисом. С англичанами картина прямо противоположная. Они не поверят вашему предупреждению, пока не станет совершенно поздно и смерть не нависнет у них прямо над головой. А в любом случае виновным во всем окажется император всероссийский и весь русский народ. Европейские нации в любом случае найдут способ выплеснуть свою желчную ненависть к России.

Генерал Антонова пожала плечами.

– Мы, русские, всегда будем виноваты – только потому что мы существуем, – сказала она. – А англичане и французы… кто ж виноват, если они ведут себя как враги сами себе. К тому же, насколько я понимаю, в Британии у вас родственники: дядюшка Берти, тетушка Александра, любимые племянники, но вот ваши переживания по поводу красот Парижа мне абсолютно не понятны. До известного года эти месье, вне зависимости от партийной принадлежности, просто спали и видели, как бы втянуть Россию в кровавую бойню с Германией, итогом которой стало бы возвращение в состав Франции отторгнутых тридцать лет назад Эльзаса и Лотарингии. При этом по итогам той войны Россия должна была оказаться перед Францией по уши в неоплатных долгах, в результате чего ей пришлось бы делать французам одну политическую любезность за другой.