Я пришел за тобой

Меня просто выворачивает в такие моменты!

По лицу Ника пробежала тонкая судорога.

– То есть ты должен слушаться моих… прости, Ник, я не знаю, как еще сказать! Моих «команд»?!

Ник невесело рассмеялся и скрестил на груди руки, закрываясь.

– Знаешь, тут все не так просто, – усмехнулся он. – Если бы я был только псом, то пришлось бы тебя по-настоящему слушаться. Но, во-первых, даже самые лучшие собаки не всегда беспрекословно слушаются своих хозяев. А во-вторых, я еще человек и волк, и эти мои составляющие могут удержать меня от слепого следования твоим приказам. Это просто… очень тяжело внутри. Словно меня разрывает на части. Но устоять можно. Обычно. Четко работает лишь одно: я не могу сделать что-то в отношении тебя против твоей воли.

Ну слава богу. Совершенно не хотела пользоваться властью над Ником, но понимание, что я могу в случае чего защитить себя от его звериной ипостаси, успокаивало.

– Ник, послушай, – сказала я, – я совершенно не хочу тебе ничего приказывать. Я не хочу, чтобы ты был моей собакой. Не хочу неравенства. Скажи, сколько времени нужно, чтобы произошло насыщение? Чтобы ты стал свободен от меня… Мне тоже неприятно, что ты насильно ко мне привязан.

Ник помолчал, словно раздумывал, сказать ли правду.

– Я не знаю, – наконец признался он. – Никто не знает. Я даже не знаю, точно ли оно произойдет.

– Но как нам быть? Я приютила пса, который меня спас. Это было моим долгом! Но держать дома собаку – это совершенно другое, чем жить с человеком. С молодым мужчиной! Ник, а если я, например, выйду замуж? Что тогда?

– За Грегори Дарта?! – взвился он.

– Да при чем тут Грегори Дарт! Ты понимаешь, что у меня не может быть личной жизни и у тебя, видимо, тоже, пока ты живешь у меня? И сколько это продлится, мы не знаем! Вдруг нам придется быть вместе до шестидесяти лет или вообще всю жизнь?

– Да, понимаю. Но я должен быть с тобой, в твоем доме. Иначе рехнусь, – ответил Ник. Снова очень пристально посмотрел на меня. – Я знаю лишь один выход, который разрешит все эти проблемы. Ты должна стать моей женщиной. Тогда вопрос решится в целом и навсегда.

Он произнес это твердо и невозмутимо, хоть его пристальный взгляд пытался проникнуть внутрь меня, искал там что-то. Очень навязчиво и властно искал…

– Что-о?! – изумилась я. – Вот просто взять и стать твоей женщиной?! Может, еще и замуж за тебя выйти? Ты с ума сошел? Мы совсем друг друга не знаем! И вообще…

Грегор

Я летел в ночном небе. Огни большого города горели внизу, протянулись стройными нитями дорог. Прожекторы подсвечивали исторические здания.

После всего, после Тининых губ под моими губами, лишь одно могло дать покой и свободу – полет.