Я пришел за тобой

Вздохнула, улыбнулась, мол, слава богу, не опоздала, и уселась рядом.

Я добродушно улыбнулся в ответ, ведь совершенно не собирался пугать других пассажиров волчьим оскалом, несмотря на противоречивые чувства в душе.

Мы пошли на взлет. Девушка вдруг испуганно вцепилась руками в подлокотники, как-то вся сжалась. Обернулась ко мне, растерянная, с расширенными от ужаса глазами. Ее взгляд молил о помощи.

– Меня зовут Анжела, – сказала она срывающимся, но приятным голоском. – Вы не могли бы поговорить со мной? Я очень боюсь летать…

Я фыркнул про себя. Бывает ведь. Действительно, еще не перевелись люди, для которых самолет – это летающий гроб.

А самец во мне сделал стойку. Маленькая хорошенькая самочка просит о помощи. Я могу считать Тину своей единственной, но помочь девчонке я просто обязан.

– Конечно, давайте поговорим, – ободряюще улыбнулся я. Честно говоря, захотелось накрыть ее крошечную ручку на подлокотнике своей ладонью, чтобы поддержать. Но я этого не сделал. Еще решит, что пристаю. – Меня зовут Николай. Только не Коля, а Ник, пожалуйста.

– Конечно, Ник, спасибо, – выдохнула девчонка и тут же судорожно вздохнула, когда на взлете нас начало вжимать в кресла. – Вы из Питера? Летите по делам? Или возвращаетесь домой?

– Из Питера, лечу по делам, – ответил я. – А вы?

– И я тоже. Я лечу к другу.

А-а, понятно, видимо, летит к своему парню. Почему-то эта мысль была мне немного неприятна, хотя эта блондиночка, по идее, даже не в моем вкусе.

Что же в ней есть такого? Я присмотрелся.

Девчонка хорошенькая. Совсем маленького роста, эдакая карманная женщина. С точеной фигуркой, обтянутой светлыми джинсами, в облегающей бежевой кофточке. Эта одежда подчеркивала тонкую талию и просто невероятную, пухлую, шикарную грудь.

Черты лица неправильные, но очень милые, приятные глазу.

Вообще не люблю блондинок. Всю жизнь меня тянуло к брюнеткам и шатенкам вроде Тины. Но эта девчонка очень и очень ничего. Цвет ее волос, не крашенных вроде, совершенно не раздражал. Напротив, она казалась какой-то родной.

А взгляд, несмотря на испуг, был далеко не глупым, как случается у блондиночек. В нем светился нормальный человеческий интеллект, вернее даже, острая проницательность. Так смотрят люди, которые хорошо понимают чужие сердца и чувства.

Я поймал себя на том, что пока незаметно разглядывал попутчицу, ни разу не вспомнил о Тине. А внутри вернулось то разглаженное, легкое ощущение, что исчезло, когда я оставил болонку Криппи в переноске возле Самора.

– Ваш парень заставляет вас летать, хоть вы и боитесь? – полюбопытствовал я со свойственной мне прямолинейностью.

Не люблю все эти светские игры. Мне нужно, чтобы все было понятно, определенно и прямо."

"– А? Нет. Не мой парень, – улыбнулась Анжела.