За пазухой у дракона (СИ)

— Расскажите мне об Антии, — попросил, ловко орудуя веником. — Она ведь не ваша дочь, верно? И даже не родственница. Девочка никогда не разговаривала?

Да, полураздетый дракон с веником — то еще зрелище. Главное, отвлечься и не обращать внимания, хотя игнорировать полностью вряд ли получится.

— Я нашла малышку на базаре и спасла от разбушевавшихся торговцев, — решила рассказать правду. — А после она отыскала меня, не пожелав остаться в приюте, куда я ее пыталась отправить. Полагаю, Антия - одна из многих детей, оставшихся без родителей. С тех пор, как я с ней познакомилась, она не произнесла ни слова. Наверное, малышка увидела то, что не предназначалось для детских глаз, и онемела от сильного испуга. Но я надеюсь, что со временем дар речи к ней вернется.

— У нее очень необычная внешность, — задумчиво проговорил Бэлтрен. — И ее глаза…

Я уже слышала подобное высказывание и не могла не отреагировать.

— Что не так с ее глазами? Вы что-то помните?

— Если бы, — усмехнулся дракон. А после резко погрустнел. — Но она очень необычная малышка, я это чувствую. Вы поступили правильно, взяв ребенка под свою опеку. Еще один поступок, возвышающий вас в моих глазах.

— Да что вы говорите?! — фыркнула я. — Жаль, я не возвысилась в ваших глазах прежде, чем вы лишили меня родного гнезда. Да и когда предлагали стать вашей любовницей — не слишком-то интересовались моей репутацией и моральными качествами. Наверняка полагали, будто ни одна девушка не сможет устоять перед вашим обаянием.

— А вы, значит, можете? — он притянул меня к себе так резко, что я даже возмутиться не успела. Горячие сильные руки обжигали кожу через слишком тонкую ткань платья. А губы оказались так близко… — Моя стойкая и непоколебимая сеньорита Каталина. Вы так упорно убеждаете в том, что равнодушны ко мне, вот только убеждаете меня или себя?

Демоны побери этого Бэлтрена! Стоило только расслабиться, потерять бдительность, поверить в то, что дракон очень человечен, как он снова ринулся в атаку.

— Я не ваша, — сообщила как можно строже. Хотя, признаться, с отчаянно бьющимся возле горла сердцем сделать это было ох, как нелегко. — И не заговаривайте мне зубы, для меня вы были и будете наместником Арагосы, драконом, отобравшим у меня родительское наследство. Никакие ваши действия после потери памяти не отменят этого возмутительного поступка.

— Если я поступил так, значит, имел на то веские основания, — заявил он беспрекословно, и из объятий не выпустил. — А доказать то, что вы принадлежите мне, я все же сумею.

От слов он перешел к активным действиям. Его твердые, настойчивые губы нашли мои, и земля поплыла у меня из-под ног.

Вот что странно: одновременно отталкивать Бэлтрена Драко, упираясь в его широкую грудь, и вместе с тем изо всех сил желать продолжения.