За пазухой у дракона (СИ)

К тому моменту, как прибыли Ялина и мой дядя, Бэлтрен обошел замок кругом и отметил, что Фабио успел выставить по всему периметру охранные магические сигнализации. Пробраться внутрь и не привлечь внимания было невозможно. Практически.

— Может, мне притвориться, что я одна из ведьм, которой удалось сбежать? — предложила Ялина. — Я проникну внутрь и открою для вас путь.

— Фабио не позволит тебе, — отринул Бэлтрен. — И это слишком рискованно.

— У меня есть план получше! — неожиданно заверил всех мой дядя Джуано. — Сеньор Бэлтрен Драко, не сообщите мне имя хотя бы одной из заточенных в замке ведьм?

— Чики подойдет? — с явным сомнением на лице спросил Бэлтрен.

— Вполне, — согласился дядюшка Джуано. — Как она выглядит? Какого цвета глаза, рост, фигура? Отличительные черты?

Бэлтрен прокашлялся в кулак и с сомнением покосился на моего дядюшку:"

"— Чики ростом с куст Свинчатки, и глаза у нее такие же, как ее цветы — тускло-голубые. Точнее, глаз только один… Есть горб, это я точно помню. А на правой руке не хватает большого пальца, потому что…

— Достаточно, прошу вас, сеньор!.. — взмолился Джуано и смущено крякнул. — Читать любовные оды такой сеньорите будет непросто, но я постараюсь. Буду импровизировать.

— Стихи?! — возмущенно воскликнул Бэлтрен и угрожающе навис над дядюшкой. — Думаешь, сейчас для этого самое время?

Дядюшка не выдержал тяжелого графитового взгляда и отвернулся. Но решимости воплотить свой план в жизнь не утратил:

— Разумеется, сеньор наместник, а как иначе нам отвлечь вашего родственника от его коварных замыслов. Уверяю вас, мои оды творят с людьми невероятные вещи. А вот это вам… — Дядюшка уступил Бэлтрену свои железные ботинки-давилки. — Они запросто взбираются по отвесным стенам, пробовал. Правда, тогда не знал, как их остановить. Жаль, палица потерялась… пригодилась бы.

В отличие от дядюшки Джуано, Бэлтрен Драко даже в железных ботинках исхитрился выглядеть благородно и держаться с достоинством. План ему явно не нравился. Но так как другого не было, он дал отмашку дяде Джуано:

— Запевай!

— О, Чики!.. — громогласно воскликнул мой дядюшка. — Ты свет в моем окне, моя… крики… улики… безлики… — Он на ходу подбирал рифму. — О, мой цвет земляники! Твой глаз меня манит в ночи, он светит во тьме, кричи не кричи!

И дальше в том же роде…

Под эти крики Бэлтрен, как огромный кот, ловко вскарабкался по отвесной стене на башню и скинул два края веревки. Нас с Ялиной он втянул наверх одной рукой, словно мы весили не больше пары корзинок с фиалками.

— О, Чики! — меж тем вдохновенно продолжал дядюшка Джуано. — Как сладостны блики на радужной книге …интриги… фрики… Цвета гвоздики! Любви горемыки, что я испытал…

— У меня сейчас уши отвалялся, — пожаловался Бэлтрен шепотом.