За пазухой у дракона (СИ)

Селсо действительно поступил глупо и недальновидно, раздраконив Бэлтрена. Неужели ему действительно было так важно поговорить со мной наедине? Но ведь я никогда не давала ему повода… До чего же странный народ, эти мужчины. Отталкивают то, что само плывет к ним в руки, но мечтают дотянуться до облаков, даже зная, что не смогут приручить их.

— Ох, простите… Считайте, что меня тут не было.

На вершине лестницы появилась матушка Грэси. Заметив нас с Бэлтреном, она стушевалась, и повернула обратно. Кажется, решила, будто нечаянно прервала наше свидание.

Но это не так!

— Матушка, не убегай!  — громко попросила я. Живо спрыгнула с колен фиктивного мужа, и — о, чудо! — брачные браслеты мне это позволили. — Мне нужно поговорить с тобой. Прям сейчас!

Разумеется, это было только предлогом оказаться подальше от Бэлтрена, его дурманящего тепла и жарких рук. Сложно, знаете ли, оставаться фиктивной женой, когда тебя так страстно обнимают.

— О чем поговорить, деточка? — на меня изумленно взирали большие карие глаза матушки. — Что-то случилось, пока я лечила ревматизм сеньора Фабио? Бедный… Вот уж не думала, что и у драконов бывают такие проблемы.

— Сеньор Бэлтрен Драко вздумал драться на дуэли с сеньором Селсо Пересом, — наябедничала я. — И все мои попытки убедить его уладить конфликт мирным путем пошли прахом. Может быть, тебе удастся убедить его не драться?

После того, как матушка практически с первого дня знакомства заняла сторону Бэлтена и даже уговаривала меня быть с ним помягче, он проникся к ней если не любовью, то искренней симпатией. Вот только матушка и не подумала прислушаться к моим разумным доводам. Она снова сделала это — переметнулась на сторону дракона.

— Деточка, — мягко проговорила она, — мужчины всегда выясняли отношения с помощью силы, это у них в крови. Что уж говорить о горячих и буйных драконах. Нет уж, отговорить его от дуэли все равно, что потушить вулкан слезами.

Ничего не скажешь, разумный довод.

— Видишь, Каталина, матушка понимает меня. И да, я горяч и у меня буйный нрав, — проговорил дракон, не скрывая самодовольства. Еще и подмигнул матушке Грэси, отчего та зарделась, как девочка. — Хоть кто-то понимает меня в этом замке.

— О, в последнем мы нисколько не сомневаемся, — заметила я. — О вашем буйном нраве, дорогой муженек, в Арагосе слагают легенды.

Я хотела произнести это с сарказмом, но прозвучало так, как будто собиралась польстить дракону.

— А из-за чего вообще возник конфликт с сеньором Селсо? — растерянно уточнила матушка Грэси, перевозя взгляд с меня на Бэлтрена. — Он мне казался вежливым и обходительным.

— Это не помешало ему ворваться в спальню моей жены и сделать недвусмысленное предложение, — раздраженно буркнул Бэлтрен.

Как всегда, перевернув все с ног на голову.