За нейтральной полосой

Выглядывает в окно, смотрит, как омоновец пинками отгоняет маленькую собачку одноногого. Но та злая, неуступчивая, верткая. Не позволяет омоновцу даже отвернуться. Другие омоновцы смеются над ситуацией. Но в собачку не стреляют. Понимают, что такая мелкая животина даже укусить не может, только надоедает...

– Сам потребляешь или отправляешь дальше? – вопрос полевому командиру.

– Зачем дальше? Да?.. Самому, видишь, мало...

Разин развязывает пакет, заглядывает в него:

– Прямо так вот, все на себя и тратишь?

– Хочешь, с тобой поделюсь...

– А ты попробуй... Маленькая доза... На кончике ножа... Хорошо усталость снимает...

Подполковник вытаскивает нож, подцепляет на его кончик немного белого порошка и подносит к лицу... Рассматривает в раздумье... Бросает взгляд на испуганного инвалида, на полевого командира... Те заинтересованно ждут превращения командира группы спецназа в наркомана...

Но ближе к лицу рука не поднимается.

– Не хочешь сам – дай мне... Как у вас, у русских... С горя... – вспоминая русские народные привычки, говорит Абу Бакар. – Водку мне Аллах пить запрещает, так дай хоть порошок...

Открывается дверь, входит майор Паутов.

– Что? – спрашивает Разин.

– Допрашивали... Пора ехать...

Разин поднимает брови, спрашивая взглядом – куда ехать?

Паутов моргает глазами. Понятно, что сообщение не для всех предназначено.

– Дай... Дай хоть с ножа лизнуть...

Абу Бакар настаивает, почти умоляет, глаза его лихорадочно и почти истерично горят...

«Не терпится...» – понимает Разин.

В это время в другие районы Чечни, в горную часть республики, предвесенняя сырость еще не забралась. Здесь по ночам морозы основательнее, а при ветре это чувствуется особо. Тем не менее отдельная мобильная группа полковника Согрина, состоящая всего-то из трех человек – самого полковника и двух майоров, Сохно и Афанасьева, по прозвищу Кордебалет, – трое суток проводит на свежем воздухе. Спецназовцы отслеживают небольшую банду из двенадцати человек, прячущуюся в каменной пещере на каком-то склоне, но постоянно совершающую рейды в сторону горного селения. Регулярные рейды... Именно из-за этой регулярности и появилась возможность основательного слежения. Каждый день трое членов банды обязательно уходят около обеда и возвращаются в то же время на следующий день. И тут же уходит другая троица. Словно сменяют друг друга на посту. Такое челночное продвижение однажды заинтересовало постороннего наблюдателя, который оказался осведомителем районной милиции. Данные были переданы для оперативной разработки в штаб северо-кавказской группировки, потому что менты не в состоянии собственными силами произвести анализ странных действий боевиков. Нет у них для этого подготовленных специалистов.