За нейтральной полосой

Все давно обсуждено и просчитано. Главное сейчас, чтобы никто раньше времени не высунулся, не показал себя. Но в группе нет новичков. Все давно проверены и обстреляны. Терпением могут с Абу Бакаром поделиться. Беспокойство вызывают только менты. На них завязана вся операция...

Метров двадцать не доезжая перекрестка, машины останавливаются. И «девятка», и «Нива». Так всегда бывает. Из «девятки» выходит телохранитель командира, шевелит плечами, разминая их, как только что делал подполковник Разин, кладет ствол ручного пулемета на плечо и идет к «Ниве». Открывается дверца водителя. Обмен несколькими словами – как ритуал.

– Я Волга. Запускайте Гази...

Телохранитель осматривает окрестности и возвращается к «девятке». В это время из-за угла дома выходит человек в драной гражданской одежде, слегка приволакивает ногу, активно демонстрируя хромоту. Разин боится, что делается это чрезмерно. Слишком человек усердствует. Рядом с ним тяжело вышагивает мощная кавказская овчарка – на боку на шерсть налеплены сухие прошлогодние репьи. Это милиционер Гази со своим псом... Предварительно потребовалось еще и милиционера искать, имеющего пса, неотличимого от псов, живущих в местных селах... А потом перевозить собаку в вертолете... Появление человека – по внешнему виду местного жителя, да еще идущего по улице с собакой, – моментально поднимает напряжение, но тут же и сбрасывает его. Достаточно наглядно показывает, что развалины домов начинают заселяться. Это как бы намек на то, что произойдет потом...

Телохранитель останавливается около «девятки». Пулемет уже не на плече. Ствол провожает Гази... Собака и милиционер обращают внимание на машины – как же не обратить... Гази прикладывает руку к глазам, чтобы лучше рассмотреть, и тут же ускоряет шаг, как сделал бы на его месте каждый мирный житель, а собака дважды коротко и басовито лает, но, услышав команду, спешит за хозяином. Они довольно быстро скрываются за углом.

В «девятке» открывается задняя дверца. Кто-то задает телохранителю вопрос. Тот плечами пожимает, отвечает что-то. Сам в недоумении. Но село большое, всех местных жителей боевики не знают. Особенно тех, что жили здесь раньше и имеют право вернуться. И уже возвращаются время от времени.

После короткой паузы, все еще поглядывая на угол ближайшего дома, телохранитель садится в машину. Едут дальше, а «Нива» так и замирает перед перекрестком.

Подполковник прячется. По идее, он не должен быть замечен, но знает, что такое случалось. Осенью был инцидент, когда прекрасно замаскированный в стогу сена спецназовец пропускал идущих мимо боевиков. И только на мгновение открыл глаза, как встретился взглядом с вооруженным человеком.