За нейтральной полосой

Александр «фотографирует» в памяти номер машины и проходит мимо нее. Сквозь сильно тонированное стекло не видно заднее сиденье. На переднем двое. Смотрят в сторону, разговаривают друг с другом. Гараж-«ракушка» в середине двора. Басаргин выводит машину, соблюдая осторожность, контролирует каждый участок двора. Уже закрыв «ракушку» и вернувшись за руль, звонит Александре. Просит созвониться с дежурным по управлению антитеррора «Альфа» и от его имени попросить проверить номер машины, что так и стоит во дворе. И просит позвонить сразу, как скажут результат.

– А пока посмотри в окно, как я буду выезжать... Черный «Фольксваген Пассат»... Его реакция... Не клади трубку... Посмотри...

Он выезжает, так и держа трубку около уха.

– Они смотрят тебе вслед... – сообщает Александра. – Тот, что справа, вперед наклонился, всматривается. Но не едут...

– Спасибо. Понял. Дверь до моего приезда никому не открывай. Это строго... Ни слесарям, ни телефонистам...

Александр вполне мог бы и сам позвонить дежурному по «Альфе». Но такое поручение будет держать Александру в большем напряжении, чем простое предупреждение мужа. И она уж точно не откроет дверь никому постороннему.

Доктор выходит из кафе первым, за ним, как и договорились, Зураб – наименее подготовленный боец, не имеющий за плечами ни службы в спецназе, ни звания мастера спорта по боксу в тяжелом весе, как у Гагарина, ни работы в «Альфе», как у Тобако, замыкающего группу.

Чечены стоят в стороне слева. Всей толпой, шесть человек. Переговариваются, посмеиваются. Возраст примерно такой же, как у Зураба, – чуть меньше тридцати. Доктора, несмотря на его гигантский рост и широченные плечи, всерьез не принимают. У Доктора борода обильно побита сединой, серебрится. На старика молодые внимания не обращают, но у него седина полезла сразу после тридцати. Они этого не знают. Тобако тоже слегка за пятьдесят. Ну, крепкий, высокий, но тоже не молод, тоже голова с проседью... Да и слишком уж интеллигентно Доктор с Тобако выглядят, чтобы ожидать от них серьезного сопротивления. Расстановку сил чечены определяют в свою пользу.

Доктор поворачивает направо, туда, где стоянка машин и где прохожих меньше. Не слишком торопится, полы длинного плаща развеваются по ветру. Чечены двигаются с места и сразу прибавляют шаг. Перед стоянкой площадка открытая. Для тех, кто имеет численное преимущество, это выгодно.

Зураб оборачивается. Слева от него останавливается Доктор, справа Тобако. Чечены приближаются. Вперед выступает коротко стриженный парень с хищным, как клюв, носом. Тот самый... Поигрывает ментовской дубинкой, постукивает себя по ладони. Откровенно глумится, чувствует свое превосходство.

– Не узнал? – громко спрашивает еще шагов с пяти.

– Отчего же... Узнал.

Зураб слегка волнуется.