За все надо платить

Ну ничего, решил Николай, надо принять ударную дозу всяких там эффералганов-упса, колдрексов и панадолов, а завтра утром начать наконец работать, невзирая ни на температуру, ни на ломоту, ни на слабость.

Все эти два дня он боролся с желанием позвонить Кате, но каждый раз отдергивал потянувшуюся было к телефону руку: а вдруг у нее Дусик, и он, Николай, своим звонком поставит ее в неловкое положение, вынудит оправдываться перед Дусиком. Перекладывая голову с одной подушки, прогретой его горячим лицом, на другую, прохладную, он ругал себя за то, что не оставил Кате свой телефон, и тут же спохватывался, начинал хвалить себя за то, что не поддался минутной слабости. Оставлять ей свой телефон он не мог, она и фамилию-то его не знает, только имя. Человек, выполняющий деликатные поручения, не должен оставлять свои координаты кому попало.

Николай понимал, почему его так тянет к Кате, хотя признаваться в этом не хотел. Катя, которая была лет на десять моложе его самого, сделала то, чего ни разу в жизни не сделала его мать: заставила его почувствовать себя заботливо опекаемым, слабым, надежно защищенным. Катя занималась его лечением так, словно в очередной раз лечила кого-то из младших братьев или сестер: ласково, тепло, по-матерински. А именно ласки и материнского тепла Николай никогда и не видел. Точнее, видел, но от бабушки, а это совсем не одно и то же, особенно если понимаешь, что бабушка-то тебя, конечно, любит, а вот родной матери ты сто лет не нужен, мешаешь только.

В конце концов, каковы бы ни были причины, лежавшие на уровне подсознания, на уровне сознания Николай Саприн знал: он хочет увидеть Катю.

* * *"

"Ему пришлось долго искать агентство, через которое нанимали Тамару. На самом деле ее кандидатуру подсказал кто-то из знакомых Дусика, но, чтобы не светиться, Михаил Владимирович действовал через агентство. Он позвонил туда по телефону и попросил связать его с Тамарой Коченовой, и ему дали ее домашний телефон. Случись что, в агентстве подтвердили бы, что телефон дали именно они.

Агентство «Лира» находилось на каких-то задворках в районе Русаковской улицы. Над обшарпанной входной дверью, которая выглядела так, словно ее не открывали лет по меньшей мере пятьдесят, висела покосившаяся табличка, возвещавшая, что за этой волшебной дверью находится городская библиотека номер 78. Для того чтобы догадаться, что на самом деле там находится агентство «Лира», нужно было обладать недюжинным воображением и верой в чудеса. С верой в чудеса у Саприна было напряженно, зато с воображением – более или менее прилично. Во всяком случае он не без труда толкнул невзрачную дверь и поднялся по вонючей темной лестнице на второй этаж. Там было уже поприличнее: и вывеска соответствующая, и дверь стальная с кодовым замком.