За все надо платить

Зачем? Почему именно сейчас? Неужели Тарадин?

Этот человек, имени которого Настя не знала, позвонил как раз тогда, когда Тарадин засветился в «Лозанне» и, отсидев больше суток в камере для задержанных, пришел к ней домой. Выходит, его отслеживали из отделения милиции и довели до Настиного дома. Но что они хотят? Зачем она им?

Несмотря на взвинченность и нервозность, она принялась по обыкновению просчитывать варианты – это всегда ее успокаивало. Вариант первый: человек с приятным баритоном является представителем тех людей, которые замешаны в убийстве любовницы Денисова. И если он позвонил именно сейчас, значит, Тарадин подошел к ним слишком близко.

Вариант второй: этот человек не имеет ничего общего с убийцами Лилианы Кнепке. Тогда кто он? Для чего звонит ей? Ответ очевиден и крайне неприятен. Это человек самого Денисова. Эдуард Петрович достаточно проницателен, чтобы понимать: она, Настя, боится оказаться повязанной с ним. А использовать ее ему нужно. И сейчас он пытается сломать ее руками человека с приятным баритоном, а потом заставить работать на себя опять же через него. Она и знать не будет, что выполняет задания Эдуарда Петровича. Денисов, услышав ее лишенный энтузиазма голос по телефону, понял, что она отнюдь не рада его просьбе, и решил использовать объективно сложившуюся ситуацию с Тарадиным и поисками убийцы для того, чтобы сделать Настю своим послушным орудием. Вот это уже совсем плохо. О том, что неведомая контора имеет длинные руки, недреманное всевидящее око и своих людей во всех правоохранительных органах, Настя узнала еще два года назад. О чем-то догадалась сама, а об остальном ей рассказал Володя Ларцев, которого контора шантажировала дочерью и в конце концов похитила девочку. И если к такой сильной организации сейчас присоединился сам Денисов, то головы Насте Каменской не сносить, это уж к гадалке не ходи.

Хмурая, невыспавшаяся и вялая, она с трудом поднялась с постели, стараясь не разбудить Лешу, долго стояла под душем, чтобы хоть немного взбодриться, влила в себя две чашки горячего крепкого кофе и поплелась на работу. Чем ближе подходила она к зданию на Петровке, тем больше крепла в ней решимость немедленно поговорить с Гордеевым. Если помощь Тарадину можно было оказывать партизанскими методами, то теперь ситуация повернулась так, что скрывать ничего нельзя. Выйдет только хуже.

Войдя в кабинет, она торопливо скинула куртку и позвонила по внутреннему телефону Гордееву.

– Заходи, – разрешил полковник.

Небольшого росточка, круглый, с блестящей необъятной лысиной, он меньше всего походил на великого сыщика и грозу преступного мира, зато внешне полностью соответствовал прозвищу Колобок, которое тянулось за ним с незапамятных времен.