За все надо платить

Я сказала ей, что мой муж – врач-ортопед, ученик самого Илизарова, а она ответила, что видела Илизарова на международном симпозиуме в Новосибирске, там была целая бригада переводчиков из Москвы. Мы, конечно, больше о талантливом медике говорили, знаете, две бабы собрались – так они будут внешность обсуждать, а не научные проблемы."

"Андреева легко и заразительно рассмеялась. В это время на пороге комнаты возникла живая белокурая кукла с заплаканным лицом.

– Когда папа придет? – требовательно вопросила кукла.

– Папа придет утром, он дежурит, – невозмутимо отозвалась хозяйка. – А что случилось? Зачем тебе папа?

– Он меня пожалеет, – сердито заявила кукла по имени Светланка. – Я плачу, плачу, а ты не идешь.

– Хорошо, детка, ты поплачь до утра, а там и папа вернется с дежурства. Иди, пожалуйста, за стол и все доешь. И проследи, чтобы Павлик не трогал кетчуп.

Маневр отвлечения девочки от собственных страданий был проведен ловко и незаметно. Требуемую долю жалости малышка не получила, но зато ей в руки дали оружие, позволяющее осознать собственную значимость, – право контроля над старшим братом, роль маминой помощницы. Она моментально повеселела и вприпрыжку помчалась обратно на кухню с радостным криком:

– Павлик, не смей трогать кетчуп, мама тебе не разрешает!

Тарадин не смог сдержать улыбку.

– Вы опытный педагог, – заметил он. – У вас, наверное, большая практика?

– Огромная, – кивнула женщина. – Я с девятнадцати лет в детском саду работала, а когда стала расти по административной линии, так своих трое появилось. У меня с детьми никогда проблем не было.

– А у Тамары? Вы ведь возили ребятишек, как она с ними общалась?

– Вы знаете, не очень успешно. – Андреева покачала головой. – Было видно, что она детей не любит и общаться с ними не умеет. Она и сама это знала, даже как-то пожаловалась мне, что у нее контакты с детьми не получаются. Ну, не то чтобы пожаловалась, она вообще ни на что не жаловалась, просто заметила, что уже второй раз едет с детской группой, а понимать ребят так и не научилась. В первый раз, кажется, она ездила с гимнастами из детской спортивной школы на какие-то соревнования. По-моему, в Дюссельдорф, если я ничего не путаю.

– О своей личной жизни Тамара ничего не рассказывала? О семье?

– Нет, в этом смысле она была замкнутой, со мной не делилась.

Разговор с сотрудницей Министерства социальной защиты не прошел зря. По крайней мере было понятно, куда двигаться дальше, где еще искать следы Тамары Коченовой.

* * *Женщина сидела на ступеньках лестницы и плакала, тихонько всхлипывая. Юрий Оборин уже собрался было пройти мимо нее к лифту, но остановился.

– Что у вас случилось? – участливо спросил он. – Я могу вам помочь?

– Я очки разбила, – пролепетала женщина горестно.