Ползком за монстрами!

У Апраксиных, которые недавно перешли на сторону врага — виноградная гроздь. Они что, виноделы? Ну, судя по их рожам красным, явно подбухивают.

Про остальных я слушал вполуха. Мне и этого пока достаточно. Больше откровенных врагов у нашего рода не было.

Смирновы занимали не очень высокий статус в обществе. Даже двух врагов было достаточно, чтобы скоропостижно отбросить копыта.

Но я не допущу этого. И мои родители, уверен, будут биться до конца.

С остальными якобы важными фамилиями столицы потом как-нибудь разберусь.

После сытного обеда куриным бульоном с сухариками, от которого я знатно прибалдел и даже успел немного уснуть на руках маман, внезапно наступил вечер.

Я очнулся в своей кроватке ранним утром, обнаружил на себе ватные трусы и… жутко разозлился. Опять эта пышка!

Я уже достаточно взрослый, чтобы ходить на горшок, мать твою! Ты разве не поняла⁈

Зарычав, я сорвал с себя сволочную одежонку и почувствовал, что мочевой пузырь полон. Аккуратно слез с кроватки, дошёл до нужного предмета.

Когда Лариса зашла в детскую, она ахнула от удивления.

Уйди с глаз моих долой! Пока муравьёв не вызвал!

— Серёжка, ты сам сел на горшочек? — удивилась она.

Так, ты сама напросилась, коза! Двух тебе пока хватит.

Я увидел одного на подоконнике, протянув тут же связь, а второй беспечно бродил у ближайшей ножки моего лежбища.

И второй готов!

«ВОН ТОЛСТУХА! ЗАБЕРИТЕСЬ ПОД ОДЕЖДУ И ПО ТРИ РАЗА УКУСИТЕ ПОД МЫШКИ!»

Муравьи, получив приказ, сорвались с места, будто от этого зависела их жизнь. Как раз наоборот — Лариса могла прихлопнуть их своей широченной ладонью в любой момент.

Но мои мелкие и с виду безобидные питомцы отработали чётко! Укусили ровно по три раза, судя по реакции вскочившей и закричавшей пышки. И вернулись ко мне.

«Я ОТПУСКАЮ ВАС! СВОБОДНЫ! СПАСИБО ЗА РАБОТУ!» — ответил я, разрывая мерцающие зелёным магические нити.

Муравьи рванули в разные стороны. А в это время Лариса охала, чесала места укусов и ходила по комнате, удивлённо посматривая в мою сторону.

— Ты опять за своё, Серёжа? — ответила она, обиженно надувая губы. — Зачем ты так?

Это тебе за ватные трусы, толстушка! Я посмотрел на неё торжествующим взглядом.

— Я же о тебе переживаю… — начала Лариса. — Чтоб сухонький был и довольный.

О себе переживайте, сударыня. Как бы кто покрупнее не впился в ваше пухленькое тельце. А лучше подумайте об ослаблении давления на малыша.

— Ну ладно, забыли, — вздохнула Лариса. — Я больше не буду тебе подгузнички одевать. Сам ходи в туалет.

Ну вот! Сложно было принять тот факт, что я становлюсь самостоятельным? А?

— Хаасо, — кивнул я, улыбнувшись. И слез с горшка."

"Пока няня выносила его, я уже перешёл в другую комнату. Самое время поиграть в прятки, толстая ты жопка.

Я буду твоим личным тренером по физической культуре.