И киллеру за державу обидно

Григорий Лернер

Строится «пирамида», верхушка, дающая приказания, связывающие звенья и, наконец, низшие ряды, со временем понимающие, что обязаны обосновывать свою необходимость и полезность. А полезность, надо заметить, поощряется, так «Сильвестр» дает Гусятинскому на кормление многообещающего бывшего мошенника, теперь успешного бизнесмена Таранцева Александра Петровича с его пока одним рынком «Зеленые горы», коих стало через два года несколько, не считая всего прочего. Хороший «пирог», от которого и откусывать приятно, да и куски большие, не горчат, пока верхушка. Андрей Пылев постепенно начинает воспринимать Сашу — «Слюнявого», как звали его между собой братки, своим товарищем из-за своей слабости, что приводит к сильному влиянию последнего на медведковских главшпанов.

Объединения по интересам, далеко не общим, пока взаимополезны. Мощь «сильвестровских» нарастает — под его знаменами несколько десятков бригад и бригадок, которые, естественно, устраняя своих врагов и конкурентов, делают это для него, или со ссылкой на него, как для повышения пред ним своего авторитета (это важно старшим), и своей пользы ради, пользуясь его «благословением» на проведение акции, в любом случае полезных и ему.

Тут много лишних смертей, достаточно ненужных, но конвейер не остановить! Патронаж «Иваныча» некоторых не нравится, напрягает, кому-то уже не выгоден, поскольку теперь, ради его дел и стремлений, приходится выдвигаться и на его «стрелы», снабжая финансами в виде дольки, отдавать которую уже не хочется, ведь все устраивает и ничего уже не угрожает своему «бизнесу». Но это уже чуть позже, сейчас же мы это затрагиваем, дабы проложить тропиночку к пониманию логики происходящего.

Итак. Создается сам собой симбиоз силы, сосредотачивающийся в одном кулаке — «Сильвестра». Места «под солнцем» разгребаются, но спокойствия нет, приходящие новые вместо погибших, зная, что местечко освободилось, появляются как наследники, жаждущие, если не отомстить, то точно поучаствовать в дележке. Смерть главаря означает обогащение его подчиненных, и чаще это их радует, сказываясь и по сей день, ведь не хочется быть ни мальчиками на побегушках, подбирающими падающие со стола хозяина крохи, ни «пушечным мясом», рано или поздно, попадающим в «колбасу»."

"Одним из первых 12 января 1992 года гибнет, по одной из легенд приемный сын «Япончика» — вор в законе «Витя Калина» — (Виктор Никифоров). Убивает его, по словам очевидца, «выстрелом в голову из «макарова» щупленький парнишка», которым был никто иной, как Саша Солоник, только недавно бросивший лопату «могилокопателя» в Кургане и приехавший искать «гангстерского счастья», которое ему ненадолго и улыбнулось.