За горизонтом

Сегодня матери, разволновавшиеся без видимой причины, пораньше загнали малышню по домам, хотя еще было светло и крошечные паладины не истребили своих драконов и орков, засевших в зарослях лопухов… А маленькие королевны не уложили еще спать в тряпичные одеяла выструганных из дерева принцесс… Дети хнычут и бранятся, они не понимают матерей, волокущих их за руку домой, под защиту убогих стен… Дети не ощущают этого тяжелого предчувствия, что проносится накануне ночи полнолуния над крышами их домов, что залетает в каждое окно серебряным ветром — там, далеко на севере и на западе. Там, где живут люди… Много людей…

И на острове, среди безжизненных скал, не скроешься от тяжелых предчувствий. Особенно если ты знаешь, чего именно нужно бояться… Чудовищный хозяин острова шагает взад и вперед по берегу, камни с хрустом скользят под его когтистыми стопами, когда он припадает на искалеченную ногу. Волны, едва коснувшись этих черных ног, спешат в ужасе откатиться назад… Черный гигант озирается — там, где расселина между посеребренными луной скалами, там… Он не смеет войти сегодня в волшебный сад, притаившийся среди черных скал. Сейчас, в ночь полнолуния, они покрыты призрачным серебром, но они черны, эти скалы… Кому ж, как не владыке острова, это знать… А он бродит по пляжу, поминутно останавливаясь и бросая взгляд туда, где темнеет провал, узкая щель в черных скалах, покрытых серебром лунного света…

Наконец, по ему одному понятным признакам, черный хозяин острова понимает — пора. Он шагает туда, во тьму между скалами, торопливо проходит между деревьями, кустами, сминая цветы и травы — обычно он старается быть осторожнее со всем живущим и цветущим здесь, но… Но теперь он забыл обо всем. Он выходит на серебряную поляну и она — его сестра, его жена, его жизнь и любовь — улыбается гордой улыбкой Матери. Она протягивает к нему на лунно-серебряных руках Дитя. Его Дитя, их Дитя — Дитя-бога. Нового бога этого Мира…

Крошечный младенец вдруг широко распахивает глазки — зрячие? Взрослые? Нет — старческие мудрые глаза. Он спрыгивает с материнских рук на серебряную траву — и крошечные ножки уверенно держат его. Он проворно отбегает в сторону и оглядывая родителей неожиданно скрипучим голоском произносит:

— Здравствуйте, дети. Я вернулся!

А за тридевять земель от острова, в маленьком городишке на севере империи некий священник вдруг просыпается в своей келье. То есть он, этот человек, внезапно вскакивает с жесткого ложа и понимает — что-то произошло. Именно в эту ночь. Ночь полнолуния.

Этот священник по его имени Когер, некогда прославившийся на весь Мир своими проповедями а потом вдруг умолкнувший как будто, он чувствует, что к нему вернулось Нечто.