За горизонт! [СИ]

Внизу под нами приоткрытые створки огромных бурых железных ворот и серая толща льда, уходящая в даль широким каналом в тяжёлых оковах высоченных бетонных берегов. Мрачная, угрюмая и торжественная красота.

У самых ворот прогалы воды, лижущей ледяную кромку. Обломки доски лежат на наслоённых, как гигантский агат, языках льда… Лететь высоко, падать низко… Интересно, конечно, узнать, будет ли новая жизнь, да только спешить смысла нет. Рано или поздно это и так станет понятно. По-любому…

Поднимаю голову и смотрю на Лимончика. Вот он, прямо передо мной, в каких-то полутора метрах. В левой руке он держит небольшой портфель, а в правой — пистолет.

— Что в портфеле? — киваю я. — Чурбановские бумажки?

— Они самые, — щерится он.

— Ну, так отдай мне и разойдёмся. Я тебе за них заплачу. Всё по чесноку сделаем, чё?

— Мы уже не разойдёмся, — качает он головой. — За такие дела тебя на куски порвать надо.

Говорит он, на удивление, спокойно, будто ощущая близость бездны. Ну, собственно, вот она, бездна-то и есть, прямо под ногами…

— Дёрнешься — шмальну.

А чего ещё не шмальнул? Позиция у него идеальная. Значит, что-то хочет. Что именно?

— Зачем усугублять? — прищуриваюсь я. — Думаешь, сможешь уйти? Вот от этих парней?

— Кто они такие? — спрашивает он. — Это не чекисты.

— А кто? Ты же видел майора.

— Ряженый он. Ненастоящий.

— Ненастоящий? — удивляюсь я. — Но меня он когда-то… испытывал в комитетском здании.

— На Лубянке?

— Нет.

— Нет, — повторяет Назар. — А что за спецназ? Я про таких не знал.

— Ну… Считай, обычный спецназ КГБ…

— Как это «считай»? Я знать хочу, а не считать. Ты же с ними был. Ты чекист что ли? Мне понять надо.

— Давай мы уберём оружие и спокойно всё обсудим, — предлагаю я, хотя мне убирать нечего.

— Ага, — усмехается он. — Обязательно. Обсудим, да.

Он стоит на поперечном ригеле, который точно не сломается, как доска. А вот моё положение не слишком устойчивое, поскольку, спрыгнув с верхнего уровня, я оказался посередине пролёта.

Не спуская с меня глаз, Назар быстро поднимает левую руку и аккуратно забрасывает портфель на настил над своей головой. Потом в освободившуюся руку он перекладывает пистолет, а правой вцепляется в трос. Затем вытягивает вперёд ногу и с силой топает по доске, на которой я стою. Она прогибается и опасно трещит. Твою дивизию… Я начинаю пятиться назад, и он тут же жмёт на спусковой крючок. Пуля проносится в нескольких сантиметрах от головы.

— Стой, где стоишь! — щурится Назар. — Левой я стреляю не хуже, чем правой. Я тебя спрашиваю, что за спецназ?

— Тайное подразделение, — с неохотой отвечаю я и замолкаю.

— Ну, продолжай, или…

Он снова топает по моей доске. Урод.