XXXL. Как (не) влюбить(ся) в миллиардера

Я поплелась за брызжущей энтузиазмом красоткой, совсем не разделяя ее убеждения. Альфредыч за меньшее впадает в ярость, а тут мы разгромили его обитель. Скорее всего он сдерет с нас шкуры и бросит на пол, в назидание потомкам.

– Куды прете, девки? – выскочил нам навстречу бравый охранник – дед Митро. Уж не знаю, за какие заслуги держит эту реликвию наш начальник, но бодигарду скорее всего перевалило за миллион лет. Или Крюгер припер дружка из тьмы из которой сам выполз. Кумовство еще никто не отменял. – Не велено вас пущать. Начальник сказал – толстую и страшную взашей гнать.

– Так это он не про нас, – хмыкнула Лизка, и по ее взгляду я поняла, что жить Митричу-то осталось всего ничего. И даже его геройское монстрячье прошлое, вряд ли спасет несчастного от смертоубийства. – Ты где увидел толстых и страшных, мумия ты вавилонская?

– Дык вот – ты страшна, как смертный грех, один шнобель чаво стоить, эта вон на будсмениху похожа, – вякнул дурак, явно не понимающий смысла последнего сказанного им умного слова. – Короче, валите давайте, или я полицию вызову. Альфредыч злой был, шо тот носорог. Шепчутся тут, что деньги ему пришлось вернуть какие-то большие из-за толстухи. Так что я бы на вашем месте уносил булки, пока начальник не появилси. Ишь, цацы какие, подставили парня и нагло приперлись. Уволены вы, без выходного пособия, так босс сказал. Ну точнее проорал, и слюной ядовитой все вокруг оросил.

– Козел старый, – рявкнула Лизка, когда мы вылетели пулей на улицу, гонимые треском электрошокера несущегося в наши спины. – Я тебя все равно урою. Вот гад какой. Ты видела, он кнопку тревожную нажал? Давай так, пока время есть, минуты две, пока архаровцы от ЧОПа не явились и нам не наломали. Я обезврежу хрыча, есть у меня одна мулька, а ты разроешь кадку. Или наоборот, ты деда уработаешь, а я цветуечек стырю. Потом его выпотрошим где-нибудь на помойке, заберем «прэлэсть» и аля-улю, гони гусей. Продадим красавчику и махнем в отпуск, – плескала идиотизмом подруга.

– Ты кадку от пола не оторвешь, – подключилась я к умственной инвалидизации Лизка. – Да и за Митрича нам дадут больше, чем он весит. Полезем через туалет. Там на первом этаже окно всегда открыто, помнишь?

– Ты чего раньше-то молчала? Надо же, хоть бы просигнализировала как, что у тебя план есть. А если бы я в рукопашную пошла? Это страшно, ты знаешь.

– Тогда бы тебя уделал дед шокером, – вредно хмыкнула я, и пригнувшись заскользила вдоль стены, очень надеясь, что видеокамеры не простреливают пространство возле стен. Лизка тенью скользнула за мной, что-то бурча под нос.

Окно оказалось открытым, как и всегда. Спасибо уборщице Гальке, которая даже на ночь забывает закрыть фрамугу.