Неудержимый. Книга XXXI

— Думаешь, у тебя получится? — спросил у меня Артур.

— Думаю, что если в ближайшее время не попытаться привести его в чувства, то шансов нет, — честно признался я.

Проблема заключалась в том, что дары лечения и регенерации, которые использовала медсестра по очереди, были слишком слабы. Если бы генерал был в сознании, то смог сам лечиться, и тогда бы мы могли повернуть процесс вспять. Собственно, на это я и рассчитывал.

Пришлось в очередной раз импровизировать. Я пододвинулся ближе и наклонился к генералу, чтобы никто не видел, чем я занимаюсь. Полоснув себя едва заметным ледяным лезвием, я сделал такой же надрез на руке генерала и, накрыв его своей рукой, приступил к лечению.

Подобные фокусы я уже проворачивал и на себе, и на других, так что всё зависело от скорости и времени. Я активировал дары и, запустив свою кровь внутрь, начал уничтожать отмершие куски плоти. Как я и сказал, через несколько минут генерала затрясло. Увы, но боль, которую он испытывал от подобных манипуляций, никуда не скрыть.

— Не стойте столбом! — громко сказал я, указывая на чёрные сгустки, появившиеся у него в районе шеи.

Медсестра заметалась по палате в поисках полотенец. А я прикрыл глаза и продолжил скоблить стенки сосудов, внутренних органов и мышц. В какой-то момент я подумал, что превратился в уборщика, который отмывал заляпанные стены.

Спасибо Киссе, которая успела приложить к генералу костяную пластину с даром «защиты от ядов» с радужной руной. Генерал тогда был ещё в сознании и успел его активировать. Теперь дар работал на автомате, являясь неким нерушимым оплотом, который фильтровал заражённую кровь.

Когда я открыл глаза вновь, Артур крепко спал. Я взглянул через «радар» на остальных членов семейства, что расположились в комнате, там тоже все спали.

— Дмитрий, — позади послышался голос Соловьёва, спокойный, бархатный и крайне дружелюбный, — Вы никогда не думали стать лекарем? — спросил он.

Повернув голову, я увидел Алексея Николаевича, который сидел в кресле, закинув ногу на ногу.

— Нет, это слишком утомительный процесс, — ответил я, повернувшись обратно, — С генерал-губернатором будет всё в порядке.

— Да, — согласился он, — Исключительно благодаря вам. Надо признаться, что я впервые вижу подобный способ лечения. Адмиралу повезло меньше, мне пришлось распотрошить его полностью. Трудно, знаете, вывести всю эту дрянь изнутри.

Я взглянул на энергетический силуэт адмирала флота, и у меня отлегло от души. Он был крайне слаб, но никаких признаков разрушений не наблюдалось.

— Выходит, мы оба хороши? — я улыбнулся, поднимаясь со стула.

— Выходит, — Соловьёв тихо засмеялся, — Благодарю за содействие. Он поднялся со своего кресла и, подойдя ко мне, пожал руку.