Полдень, XXII век

– Вам придется немного подождать, – сказал Валькенштейн. – Он скоро вернется. Пойдемте, я провожу вас в кают-компанию.

Он проводил Сидорова в кают-компанию, положил перед ним пачку последних земных журналов и вернулся в рубку. Десантники улыбались, Бадер утирал пот со лба и тоже улыбался. На экране опять бились туманные всплески.

– Возвращается, – сказал Диксон. – Он сказал, что одного витка на первый раз достаточно.

– Конечно, достаточно, – сказал Валькенштейн.

– Вполне достаточно, – сказал Васэда.

Через четверть часа Горбовский выкарабкался из кессона, на ходу расстегивая пилотский комбинезон. Он был рассеян и смотрел поверх голов.

– Ну что? – нетерпеливо спросил Васэда.

– Все в порядке, – сказал Горбовский. Он остановился посередине коридора и стал вылезать из комбинезона. Он выпростал из комбинезона одну ногу, наступил на рукав и чуть не упал. – То есть что я говорю – все в порядке. Все никуда не годится.

– А что именно? – осведомился Валькенштейн.

– Я есть хочу, – заявил Горбовский. Он вылез наконец из комбинезона и направился в кают-компанию, волоча комбинезон по полу за рукав. – Дурацкая планета, – сказал он.

Валькенштейн отобрал у него комбинезон и пошел рядом.

– Дурацкая планета, – повторил Горбовский, глядя поверх голов.

– Это весьма трудная планета для высадки, – подтвердил Бадер, отчетливо выговаривая буквы.

– Дайте мне поесть, – сказал Горбовский.

В кают-компании он с довольным стенанием повалился на диван. Когда он вошел, Сидоров вскочил на ноги.

– Сидите, сидите, – благосклонно сказал Горбовский.

– Так что же случилось? – спросил Валькенштейн.

– Ничего особенного, – сказал Горбовский. – Наши боты не годятся для высадки.

– Не знаю. Фотонные корабли не годятся для высадки. Все время нарушается настройка магнитных ловушек в реакторе.

– Атмосферные магнитные поля, – сказал атмосферный физик Васэда и потер руки, шурша ладонями.

– Может быть, – сказал Горбовский.

– Что же, – неторопливо сказал Бадер. – Я вам дам импульсную ракету. Или ионолет.

– Дайте, Август, – сказал Горбовский. – Дайте, пожалуйста, нам ионолет или импульсную ракету. И дайте мне поесть кто-нибудь.

– Господи, – сказал Валькенштейн. – Да я уже и не помню, когда в последний раз водил импульсную ракету.

– Ничего, – сказал Горбовский. – Вспомнишь. Послушайте… – ласково сказал он. – Дадут мне сегодня покушать?

– Сейчас, – сказал Валькенштейн.

Он извинился перед Сидоровым, снял со стола журналы и накрыл стол хлорвиниловой скатертью. Затем он поставил на стол хлеб, масло, молоко и гречневую кашу.

– Стол накрыт, Леонид Андреевич, – сказал он.

Горбовский нехотя поднялся с дивана.

– Всегда надо подниматься, когда надо что-нибудь делать, – сказал он.