Российская империя, XVIII — начало XX вв.

В рядах современных украинских самостийников и кандидатов украинских исторических наук «разгром» Запорожского войска традиционно рассматривают только через призму русской имперской политики, направленной на подавление всего украинского национального самосознания и исконного свободолюбивого казачьего бытия. Однако, как совершенно верно отмечали многие историки (Н.И. Павленко, А.П. Пронштейн, Н.А. Миненков), раньше аналогичные права и привилегии были отняты у донских и яицких казаков, поскольку по мере расширения южных границ Российской империи центральная власть больше не нуждалась в их услугах по охране новых пограничных рубежей. Это обстоятельство стало одной из главных причин знаменитого Пугачевского бунта (1773―1775), повторение которого могло произойти и в Запорожском войске, если бы наученная горьким опытом императрица вовремя не предупредила его.

Сразу после упразднения Запорожской Сечи по указу Екатерины II на днепровских порогах началось строительство Днепровской оборонительной линии, главным центром которой стала Александровская крепость (Александровск) — нынешний город Запорожье, а территория Запорожского войска вошла в состав Новороссийской и Азовской губерний. Во второй половине 1770-х гг. светлейший князь Г.А. Потемкин, который приложил колоссальные усилия по освоению Новороссийского края, основал здесь три новых города — Екатеринослав (1776) (нынешний Днепропетровск), Херсон (1778) и Павловск (1780) (нынешний Мариуполь). В 1780–1782 гг. после утверждения Екатериной II «Общего положения о российских губерниях» и ликвидации Малороссийской коллегии, на территории Малороссийской и Слободско-Украинской губерний были учреждены Киевское и Харьковское наместничества, которые возглавили генерал-фельдмаршал П.А. Румянцев и генерал-аншеф Д.А. Норов.

Одновременно с этим поистине историческим событием произошло значительное усиление позиций России в Закавказье, поскольку в июле 1783 г. правитель Картли-Кахетинского царства Ираклий II (1762–1798) подписал с Россией знаменитый Георгиевский трактат, по которому вся Восточная Грузия добровольно признала протекторат России над собой. Однако, опасаясь новой войны с Османской империей, русское правительство вынуждено было отказаться от подписания аналогичного соглашения с Западной Грузией, и отвергло просьбу нового правителя Имеретинского царства Давида II (1784―1789) взять его владения под протекторат Российской империи.

Одновременно с решением восточного вопроса Россия держала в сфере внимания и европейские дела. В частности, в мае 1779 г.