Российская империя, XVIII — начало XX вв.

В этой ситуации многие крестьянские хозяйства вынуждены были прибегать к аренде помещичьей, надельной или казенной земли. По разным оценкам, в 1870—1880-х гг. арендный фонд составлял от 24―26 млн десятин пахотной земли и 10―15 млн десятин пастбищной земли.

Первоначально основную массу арендаторов составляли бедняки и середняки, но они арендовали очень небольшие участки земли. Основную массу пахотной и пастбищной земли арендовали зажиточные крестьяне, на долю которых приходилось до 80% всей арендуемой земли. Надо подчеркнуть, что если первые две категории крестьянства арендовали землю из-за особой нужды, то зажиточные домохозяева — для ведения предпринимательской деятельности и извлечения прибыли. В среде зажиточных крестьян стал активно формироваться так называемый слой ростовщиков, именуемых в крестьянской среде мироедами или кулаками.

В 1882 г., после учреждения Крестьянского поземельного банка владельцы крупных крестьянских хозяйств стали активнее участвовать в купле-продаже помещичьей, надельной и казенной земли, что еще больше увеличивало расслоение в русской деревне. По оценкам специалистов (Н. Дружинин, И. Ковальченко, В. Тюкавкин), 20% самых зажиточных крестьянских хозяйств принадлежало более 15 млн десятин купленной и более 20 млн арендованной земли, т. е. треть всего частного земельного фонда страны. В этот период многие малоземельные крестьяне сознательно сдавали свою землю в аренду зажиточным односельчанам и переходили к ним на положение сезонных батраков — сельских пролетариев, либо пополняли отряд городского пролетариата. По данным всероссийской переписи 1897 г., более 3,5 млн крестьян жили исключительно за счет батрачества у своих односельчан, которое существовало в виде годового, срокового, поденного и сдельного наймов.

Еще одной отличительной чертой малоземельных крестьянских хозяйств было дальнейшее развитие отходничества, которое в пореформенное время выросло почти в шесть раз. По данным Министерства внутренних дел, количество паспортов, выданных великорусским и малороссийским крестьянам европейской части страны в 1865―1895 гг. возросло с 1,3 млн до 7,3 млн штук.